Её не забрала война

Свой 80-летний юбилей отметила дитя войны Раиса Васильевна Забырько.

Раиса Васильевна — ветеран труда, член Общероссийской общественной организации «Дети войны», хорист северского Дома культуры, член литературного клуба любителей поэзии «Нам года не беда», литературного клуба «Гармония», поэтесса, автор сборника стихов «Когда душа поёт».

Раиса Васильевна родилась в 1939 году в хуторе Воликове. Её отец Василий Григорьевич Прудкий был направлен в станицу Северскую для создания колхоза «Красный пахарь», где работал бригадиром свинофермы и был секретарём партийной организации. Мама Пелагея Александровна трудилась животноводом в этом же колхозе. В семье помимо Раисы было ещё четверо детей.

Детство нашей героини было очень тяжёлым. Она вспоминает:

— То, что было до войны, я не помню, но вот о том, что такое война, я узнала в 1943 году. Несмотря на мой тогда детский возраст помню, как наша семья эвакуировалась в горы. С какой радостью я ехала в горы! И даже сейчас в памяти слова отца: «Не бойся, мы будем в горах есть мушмулу!» И я, сидя на подводе, успокаивала плачущих женщин и со своей детской наивностью подбадривала: «Ну, чего вы плачете? Мы ведь не умрём с голоду, мы будем есть мушмулу!»

По решению райкома свиней и весь скот из родительского колхоза тогда угнали в горы. Комсомольцы и передовики сельского хозяйства ухаживали за животными. Когда летела «рама», немецкий самолёт-разведчик, высматривающий наши войска, то в первую очередь прятали нас, детей, вместе с колхозной живностью в ущелья гор, в чащу леса, прятали так, чтобы не было видно ни одной живой души. Вечерами мы часто поднимались на гору и слушали, как шли бои на Ламбине под станицей Смоленской. Раскаты, залпы, взрывы и на мгновение тишина… Потом снова безжалостный смертельный плач войны, унесший жизни более пяти тысяч человек. А уже после освобождения Кубани родились строки моего стихотворения «Музей боевой славы».

Только через шесть месяцев мы вернулись домой. Помню, старший брат Петя нёс меня на плечах через ущелье, где-то далеко внизу шумела вода. Я плакала от страха и очень хотела кушать. А Петя говорил: «Думаешь, мне не страшно?» — и подкармливал меня варёной кукурузой. На что я отвечала: «Я правдышнего хлеба хочу!»

Из леса мы вышли на Сиротский бугор, а когда я увидела свой родной хутор, закричала: «Вон, вон наш крайний дом! А говорили, что его взорвали, а он стоит!» Взрослые все молчали. Только когда мы подошли ближе, я увидела, что все дома разбиты, а крыша нашего дома похожа на решето. Потом женщины рассказали, что, уходя из хутора, немцы заминировали дома. Страшно вспоминать. Наши солдаты несли раненого командира и подошли к крайнему дому, дёрнули двери — и все пятеро погибли.

Председатель колхоза «Заветы Ленина» Александр Константинович Наганенко рассказывал о том, что до войны наш хутор был очень красивым. Было построено десять кирпичных домов, от которых после остались одни развалины, где мы, детвора, с удовольствием играли.

После того как немцев выгнали из Северского района, к нам на хутор приехали военные и попросили, чтобы колхозники прошли по лесу и помогли похоронить погибших солдат. Женщины и девочки брали носилки и ходили в лес. Прошло много лет, а я и сейчас слышу горький плач то в одной, то в другой стороне. Это находили погибших. Их переносили через железную дорогу на хутор Бондаренко в хуторскую школу, где и предавали земле. Вот фамилии жителей хутора, которые помогали в захоронении: звеньевая бригады Клавдия Гусева, Прасковья Бруцкая с дочерями Тамарой и Леной, Мария Фельдшерова, Вера Домилович с дочерью Шурой, Ольга Шумейко, Мария Крантелевец с племянницей Галей, Александра Черниенко и моя мама Пелагея Прудкая. 

Детских садов тогда не было. Меня мама всегда брала с собой, и даже я нашла погибшего солдата. Минуло много лет, но, вспомнив недавно бригаду по захоронению, я написала стихотворение…

Спустя некоторое время в благодарность женщинам хутора за самоотверженную работу с концертом приехала сама Лидия Русланова. Я до сих пор помню на ней яркое атласное платье, туфельки и песню «Бьётся в тесной печурке огонь».

К зиме 1944 года нам нужно было восстановить дома. Везде работали женщины и детвора. Тогда было всего пять девочек 14-15 лет и 8-9 женщин-колхозниц. А мужчины — их не было, они все воевали. Дружно, вместе все делали замесы из глины, рубили турлук, а потом дыры забивали вальцами. Нужно было успеть, нужно было где-то жить. Так как наш дом был полностью уничтожен немцами, сами мы жили в доме Добровольских — они почему-то не вернулись в родной хутор. Кроме того, с нами жили две мамины сестры с шестью детьми. В свободное время мы собирали лечебные травы, помогали в колхозе с посадкой табака и прополкой. За наш труд нам выдавали 200 граммов овса, из которых мама варила вкусную похлёбку. С какой радостью мы показывали свой первый заработок! А когда подросли, то ездили на быках в горы собирать алычу, кислицы, груши, потом сдавали их в заготовительный пункт, получали деньги и старались купить одежду и обувь в школу.

Однажды сестра мамы тётя Паша принесла нам с сестрой Светой губную гармонику, чтобы мы играли. Она была очень красивая: яркие жёлтые полоски плавно переходили в синие, а они отдавали зелёным цветом сочной нежной травы, словно рождали песнь о Родине. И нам, наивным девчонкам, хотелось поскорей услышать её красивый голос. Мы долго дули в неё, хотели, чтобы она заиграла, но все наши усилия были напрасны: она не поддавалась и не издавала ни одного звука. Довольно вымотавшись, я уговорила Свету разбить эту гармонику, чтобы посмотреть, что же у неё внутри. Света согласилась. Я положила на кирпич гармонику, другой взяла в руку и только подняла, как услышала громкий крик отца: «Стой!» Папа подхватил гармонику и с размаху бросил в огород. Раздался взрыв…

После я долго смотрела на отца, на яму, оставшуюся от взрыва, понимая одно:  меня не забрала война — меня забрать могла случайность!

Себя как творческую личность я ощущала с детских лет. Папа играл на гармошке, а хуторяне каждые выходные собирались и по очереди в домах пели и танцевали. С ними была и я.

Моими первыми учителями в хуторской школе были Михаил Никитич Цыбуля, которого после ранения направили в нашу школу, и его жена Анна Михайловна. Однажды в школу пришёл председатель колхоза «Красный пахарь» и сообщил, что в колхозе будет библиотека. Помню, первое, что все спросили: «А сколько платить?» А он ответил: «Бесплатно!» Мы бежали в правление колхоза с такой радостью, что трудно передать. Там нам выдавала книги библиотекарь Екатерина Чуйко, которая была и комсоргом, и пионервожатой. Это удивительная женщина из Сталинграда, которая не только хорошо играла на баяне, но и учила петь и танцевать, читать стихотворения. Летом я работала на току до 16 часов, а потом непременно бежала в правление колхоза к Кате на репетицию, а после — с гордостью выступала на выборах и отчётных собраниях колхоза.

Прошло время… Окончив начальную школу, я продолжила обучение в северской средней школе № 44. Летом работала в своём любимом колхозе свинаркой, а потом по направлению от колхоза поступила в Донской сельскохозяйственный институт. В 1971 году закончила обучение, получила специальность ветеринарного врача и вернулась работать на Кубань, в колхоз «Заветы Ленина», по своей специальности. После работала начальником молочного комплекса на хуторе 8 Марта, а также в Динском районе главным ветеринарным врачом в колхозе имени Н.К. Крупской, а с 1979 года в должности главного ветеринарного врача колхоза «Заветы Ленина» в нашей станице Северской.

…Работая в колхозе, наша героиня с удовольствием пела в колхозном хоре и была его душой.

Настоящий рассвет творческой жизни Раисы Васильевны произошёл после выхода на пенсию. Она пришла в северский совет ветеранов. Затем по рекомендации Галины Семёновны Даниловой стала старостой Северского хора ветеранов под руководством Вячеслава Веремеева.

Сейчас её творческая жизнь продолжается в стенах северского Дома культуры, в её любимом клубе «Нам года не беда». Раиса Васильевна — частый гость и участник различных мероприятий центральной районной библиотеки, северского парка культуры и отдыха имени А.С. Пушкина. Она часто выступает в школах станицы Северской, а также является самым активным участником и поэтом литературного клуба «Гармония».

Подготовила Елена Зализецкая