Инженер по профессии, командир по призванию

Николай Верятин из посёлка Ильского на СВО почти с самого её начала: руководил операторами БПЛА, дорабатывал боевую технику и принимал решения, от которых зависели жизни его бойцов.

Первый выезд на Донбасс

Николай родился в Казахстане, а в посёлок Ильский переехал в 2000 году. Решение, по его словам, было почти случайным: служил в армии по контракту на Северном Кавказе и захотел выбрать место, чтобы быть ближе к службе.

— Пальцем на карте ткнул — и поехал, — вспоминает он.

На Кубани ему сразу понравилось: тепло, спокойно, уютно. Здесь Николай начал строить новую жизнь. По профессии он инженер промышленного и гражданского строительства, однако армейский путь во многом определил его судьбу и стал решающим в его участии в СВО. Но началось всё гораздо раньше – ещё в 2014 году, когда на Донбассе вспыхнули первые волнения. Тогда наш земляк не остался в стороне и отправился на помощь.

— Позвонили, сказали, что нужна помощь. Мы приехали и начали работать, — говорит он.

Тогда Николай участвовал в штурме Донецкого аэропорта — с ноября 2014 года по январь 2015-го.

— Супруга отреагировала с непониманием — говорит Николай, — но я действовал решительно, понимал, что это только начало… И чтобы враг не пришёл к нам, я должен идти к нему.

Выполнив поставленные боевые задачи, Николай вернулся домой — живой, невредимый, но уже с другим взглядом на происходящее.

В тылу как на разведке

В 2022 году, спустя месяц после объявления СВО, Николай Верятин добровольно отправился защищать страну. Он вошёл в состав отряда «Барс-1» и отправился в Запорожскую область. Подразделение занималось активной обороной, Николай был заместителем командира батальона по тылу.

— Тыл находился в двух километрах от передовой. В нашу задачу входила эвакуация «двухсотых» и «трёхсотых», доставка продовольствия на позиции, а также вывод и заведение личного состава, — рассказывает он.

Один эпизод помнит особенно хорошо:

— Мы заводили подразделение пятой бригады, кажется, осетин. Я нашёл их ночью на точке, вывел и довёл до позиций. Один из бойцов спросил: «Вы из разведки?» Я отвечаю: «Нет, мы служба тыла». Он посмеялся и не поверил. Позже приехал их командир батальона, поблагодарил за помощь и тоже задал вопрос: «Ну что, ребята, давно в разведке?» Пришлось снова объяснять, что мы не разведчики. Командир лишь покачал головой: «Если бы у нас был такой тыл, нам и разведка была бы не нужна».

Несколько месяцев Николай работал в тыловой службе, но позже его стали приглашать в другие подразделения: командиры, знавшие его по прежней службе, ценили опыт и профессионализм. На передовой ильчанин стал заместителем командира роты. По его словам, именно опыт службы в армии сформировал в нём способность быстро принимать решения, руководить людьми и нести ответственность за подразделение.

— Когда я был заместителем командира роты, лично готовил роту к прорыву, — делится наш герой. – 7 июня 2023 года противник по всей линии фронта попытался прорвать оборону. На Запорожском направлении удар был особенно сильным. Наш отряд удержал позиции, не отошёл ни на метр. В том бою я получил сильную контузию…

БПЛА и FPV

В феврале 2024 года командир батальона поставил задачу — сформировать взвод БПЛА и FPV. Поручили это Николаю. Он занялся отбором бойцов, их обучением и одновременно учился сам, поскольку направление для подразделения было новым.

— Впервые квадрокоптер я увидел ещё в 2014 году, когда на Донбасс партия ЛДПР привезла нам два аппарата. Один мы сразу уронили, второй немного полетал. А всерьёз вникать в то, как всё работает, начали уже в 2022-м. Надо было, конечно, гораздо раньше.

В итоге взвод БПЛА и FPV был сформирован, и ребята начали успешно работать на Работинском направлении. Николай обязательно выезжал с ними на позиции — всё нужно было видеть своими глазами.

— Тяжело, когда всё новое и информацию негде взять, но нам очень помогал 70-й полк – у них уже был опыт работы, они начали раньше и делились знаниями. Вскоре мы стали разбираться во всех программах, которые связаны с работой дронов.

Николай поясняет разницу между направлениями. БПЛА — это разведчики, летают до 25 км, снимают обстановку, ведут наблюдение. FPV — ударные, одноразовые. К ним крепится заряд. Скорость высокая, нужна тонкая моторика и быстрая реакция. Поэтому на FPV старались брать бойцов до 30 лет, поскольку, чем старше человек, тем больше у него осторожности, лишних раздумий. А здесь решение должно быть мгновенным.

Как работала воздушная разведка?

— БПЛА поднимается над врагом, отслеживает его передвижение. Также помогает завести наших на позиции и вывести обратно, — объясняет Николай. — Раньше разведка шла пешком, смотрела, возвращалась и докладывала. Сейчас всё иначе: дрон поднялся, увидел сверху всю обстановку, и оператор передаёт: «Такой-то квадрат чист. Двигайтесь по посадке. Идите на такую-то точку». И пока парни идут, оператор наблюдает. Если у противника начинается суета, он сразу докладывает. Всё это отображается на большом мониторе, рядом работает связист или командир.

— У нас был парень из Краснодара с позывным Вайпер. Он на FPV творил невероятные вещи. Я разгонялся на пикапе до 130-140 километров в час, а он летел за мной и мог буквально «сесть» мне в кузов. Это были тренировки, но у него всё получалось. Мастерство сумасшедшее.

Его команда — это ребята со всего края: из Краснодара, Анапы, близлежащих станиц. Он показывает фотографии, вспоминает каждого. «Парни у нас — героические личности». К сожалению, не все вернулись, есть погибшие. Но Николай помнит о каждом. Сегодня многие бойцы его взвода стали инструкторами в других отрядах, передавая свой опыт дальше.

Работа в активной обороне

Летом 2025 года Николай перешёл в другой отряд и оказался на позициях активной обороны. Там он снова занял должность заместителя командира роты – подразделение вплотную работало со штурмовыми группами.

— На позициях постоянно «толкали» штурмовиков вперёд, — говорит Николай Верятин. — Работа была тяжёлая, каждый день — как между жизнью и смертью.

Один из эпизодов ему особенно запомнился. Вместе с командиром батальона он выехал на позиции для проверки обстановки.

— Мы подъехали почти к самой передовой. Командир со мной вышел, и тут по нам начала работать ствольная артиллерия. Переждали, вроде затихло, решили быстро уехать на «Ниве». Но, видно, нас уже ждали: танк начал бить по машине. Началась гонка. Всё происходило за секунды. Я сидел на переднем сиденье без бронежилета и каски, даже не успел надеть. Летим по посадке — слева прилёт, справа прилёт, пыль столбом. Машину «мотало» из стороны в сторону, ничего не видно. В этот момент Николай заметил странные отверстия на лобовом стекле, как оказалось потом — от осколков. Когда удалось уйти из-под обстрела, Николай увидел, что в подголовнике — огромная дыра. Это был прилёт от танка, ему чудом не пробило голову. Он также занимался артиллерийской работой и даже дорабатывал установки. Одну из них из одноствольной переделал в четырёхствольную — это позволило выполнять несколько выстрелов подряд и повысило мобильность. Такие установки можно перевозить на УАЗе, собирать вручную и использовать в связке с БПЛА, которые корректируют огонь.

Главная награда — дочка

На вопрос о том, что было самым тяжёлым в зоне СВО, Николай отвечает без раздумий:

— Самое страшное — когда хочешь помочь товарищу, но не можешь. Потому что понимаешь: если пойдёшь, погибнешь сам и приведёшь к смерти ещё нескольких. Бывали моменты: ранили нашего бойца, и ты сразу хочешь его вытащить, но не можешь — потому что там уже сидят «ждуны». Они специально ранят одного и выжидают, когда кто-то из наших пойдёт его выносить. И всё — начинают добивать. Так погибал первый, второй, третий. А ты сидишь и ничего не можешь сделать. Вот это самое тяжёлое.

В зоне СВО Николай пробыл до января 2026 года. Ушёл, потому что родилась дочка — ей сейчас всего год. А старший сын ушёл в армию, и нужно было поддержать жену. Да и самому, признаётся боец, надо привести в порядок мысли, перезагрузиться. За время службы он получил медаль «За храбрость» II степени и офицерское звание.

— Награды для меня не важны, — говорит Николай Верятин. — Как сказала жена: «Главная твоя награда — наша доченька». Ради неё я и вернулся.

Сегодня Николай с семьёй, старается восстановиться и провести время с близкими. Но окончательной точки в своей истории не ставит: за плечами — пройденный путь, который уже стал частью жизни, и опыт, который не забывается…

Оксана Драч

Фото из личного архива Н. Верятина