Русская Америка с северским акцентом

 Северчанин Саша Мамаев уехал в Соединённые Штаты Америки студентом десять лет назад. За это время он успел поработать поваром, обслуживал выступления звёзд с мировым именем, снимал клипы для группы «Мумий Тролль», прошёл процесс инициации шамана, а сегодня помогает молодым компаниям через свою консалтинговую практику.

В эксклюзивном интервью газете «Зори» он рассказал, чем американцы отличаются от россиян, что такое на самом деле Голливуд, трудно ли иностранцу достичь успеха в США и многое другое.

Работа по-стахановски

 — Саша, как и когда ты очутился в США?

— Будучи студентом я находился в состоянии поиска самого себя. Я тогда окончил четвёртый курс Краснодарского института маркетинга и социально-информационных технологий (ИМСИТ). Думал: «Если здесь не ценят мой интеллект и мою личность, значит тут мне не место»…

— Что ждало тебя по приезду?

— Невероятный шок и осознание того, что я не умею говорить по-английски! А если точно — проживание и работа в небольшом городке в штате Мэриленд. Он размером и количеством населения — что-то вроде станицы Северской. За минимальные деньги трудоустроился в ресторан быстрого питания посудомойщиком, чуть позже получил повышение до повара. Понял, что такими темпами денег никогда не накоплю, поэтому нашёл вторую работу — в похожей забегаловке и тоже поваром. У меня получалось так: в семь утра открывал одно заведение, отрабатывал в нём восемь часов (по законам США на одном месте в день больше работать нельзя, либо работаешь за повышенные сверхурочные), после чего шёл в другое заведение, где трудился ещё восемь часов. Без выходных плюс различные подработки. Итого в неделю у меня набиралось 90-110 часов — в два с лишним раза больше трудовой недельной нормы (40 часов).

— Было тяжело?

— Если честно, не замечал. В 21 год на усталость внимания особо не обращаешь. К тому же куча новых впечатлений, тот же стимул накопить денег. Работаешь по-стахановски.

— У тебя есть поварская специальность?

— Всему учат на месте, это же не квалифицированный рабочий труд. На такие должности в США твоё образование работодателей несильно волнует. Главное, чтобы ты выполнял правильно то, что скажут. Знакомят тебя с твоими обязанностями — изображай полное понимание и кивай головой: знаешь, как делать — просто молчи, не знаешь — запоминай. Захочешь сохранить рабочее место — научишься быстро.

Это, конечно, не касается тех отраслей, где нужны определённые профессиональные знания. Например, медицины, юриспруденции. Нет технического образования, значит, инженером тебе точно не быть.

— Твоё российское образование тебе пригодилось?

— Спасибо моим родителям за возможность обучаться всему, что привлекало моё внимание. В какой-то момент насчитал пять учебных программ, которые я осваивал одновременно. Любое образование всегда пригодится, оно метаморфирует и растворяется в сознании человека, и когда приходит время, ты неосознанно начинаешь применять его на практике. Мне кажется, интуиция — это, скорее всего, просто набор генетически накопленного опыта.

Про американцев

 — С какими трудностями столкнулся, когда только приехал в Америку?

— Были кое-какие трудности с пониманием американской культуры и интеграцией в неё, но всё обошлось. Проведя достаточно времени среди аборигенов, сам становишься аборигеном.

— А как к тебе отнеслись американцы, когда ты приехал?

— С интересом и удивлением. В ресторан, куда я трудоустроился, первое время приходили местные жители, только чтобы познакомиться с иноземцем. Приглашали к себе в гости, а в местных барах удивлялись, как много я мог выпить.

— Как американцы относятся к алкоголю?

— Мой тогдашний менеджер из ресторана по западным нормам здравоохранения считался алкоголиком, потому что выпивал каждый день. Не до лежачего состояния, а бокал пива или немного виски. Во всём мире, если ты пьёшь алкоголь ежедневно независимо от количества и социального статуса, ты — алкоголик. Отсюда и отношение окружающих к тебе не самое лучшее. Это для меня стало первым культурным шоком в Америке.

— Правда, что американцы — нация полных людей?

— Да, есть такое. Как правило, из-за неправильного питания и сидячего образа жизни. Но в последнее время ситуация меняется — люди стали больше следить за собой, за тем, как живут, что едят. Вегетарианская диета — это абсолютная норма, и большинство ресторанов имеют отдельную вегетарианскую секцию в меню.

За героями Коупленда

 — Сколько времени ты прожил в Мэриленде?

— Год. Может быть, жил бы там ещё дольше, но меня как-то пожурили на работе — не помню, за что. Причём, сразу в обоих ресторанах. Я, долго не думая, уволился, распродал пожитки, купил билет в Лос-Анджелес, зарезервировал место в хостеле и улетел.

— Почему именно в Лос-Анджелес?

— Выбирал между Лос-Анджелесом и Нью-Йорком, но остановился на Лос-Анджелесе. Там погода лучше — всегда тепло, он был американской столицей драм-н-бэйса — музыкального стиля, которым я увлекался на тот момент. А ещё в то время я читал книгу Дугласа Коупленда «Поколение Икс» и мне хотелось жизни, как у героев книги. Лучшего места для этого, чем Лос-Анджелес, я представить себе не мог.

— Как встретил тебя Лос-Анджелес?

— Порванным чемоданом! Когда прилетел, пошёл на выдачу багажа, а моего чемодана нет. Позже смотрю, он у стойки охраны стоит. Весь растрёпанный, молния порвана. На нём бумажка наклеена от администрации аэропорта. Мол, ваш багаж показался подозрительным и был проверен в рамках борьбы с терроризмом, приносим извинения за неудобства. У меня в чемодане ноутбук лежал, шнуры от гаджетов. Они-то и привлекли внимание охраны.

— Что было дальше?

— В течение недели нашёл первое жильё и, на тот момент, работу своей мечты — устроился в самый большой ночной клуб Голливуда. Он вмещал одновременно до 6000 человек. Я занимался настройкой музыкального и светового оборудования. Это у меня с детства, от папы передалось — он всегда что-то собирал-разбирал, ремонтировал, паял и настраивал, а я вместе с ним. Плюс занимался в кружке юных диджеев при станичном Доме культуры.

Работать в клубе было интересно. Представляешь, уровень какой! Все новинки — музыкальные, технические — через меня проходили. Выходило, я работал и одновременно набирался опыта. Примерно через полгода решил добиться повышения зарплаты. Несколько раз обсуждал этот вопрос с менеджерами клуба, пока мне не дали один из лучших советов в моей жизни: «Найди другую работу». И я нашёл. Гораздо лучше, чем была, в престижном отеле Beverly Wilshire, который находится в самом сердце Беверли Хиллз. В этом отеле снимался знаменитый фильм «Красотка» с Джулией Робертс и Ричардом Гиром в главных ролях.

— Слушая тебя, кажется, что найти работу в США — плёвое дело…

— Всё зависит от твоих притязаний и личных качеств. Конечно, хочется меньше делать и больше получать. Но в США каждый твой заработанный доллар — он именно заработанный, а не полученный. Чем престижнее рабочее место, тем больше требований к тебе от работодателя. Если не хватает заработка, тогда либо ищи работу, где выше оплата, либо дополнительную подработку.

— В чём заключалась твоя работа в отеле?

— Работал осветителем главного бального зала. Настраивал оборудование для торжественных мероприятий. Часто обслуживал высокое общество — званые вечера различных организаций или клубов. На них обычно собираются «сливки общества», а перед ними выступают звёзды политики, кино, музыки. Я многих повидал: президента США Барака Обаму, кинорежиссёров Стивена Спилберга и Квентина Тарантино, актёров Тома Хэнкса и Барбару Стрейзанд… Певица Бейонсе, к примеру, пела для нас, обслуживающего персонала, пока разогревалась перед своим концертом.

— Фотографировался с кем-нибудь?

— Нет, это было запрещено регламентом.

— Как ведут себя в жизни звёзды мировой величины?

— За несколько часов совместной работы мне не удалось с ними подружиться так, чтобы проводить нерабочее время вместе. А за кулисами у каждого из них, конечно, есть свой профайл среди профессионалов. С Томом Хэнксом, например, очень легко работать, в то время как Мик Джаггер очень неосторожно обращается с персоналом.

Почему Голливуд — мировая столица кино?

 — В США много эмигрантов?

— Много, особенно в крупных городах, и Лос-Анджелес не исключение. Там даже удивляются, когда встречают местного. Но здесь это никого не заботит, потому что США — это вообще страна эмигрантов. В том же Лос-Анджелесе, пока пройдёшь через парк, можешь услышать пять-шесть разных языков. А из 16-миллионного населения около миллиона говорят и понимают по-русски.

Я своё первое жильё в Голливуде снимал у выходца из Советского Союза, переехавшего в середине 90-х сюда из Одессы. Называл его про себя «сумасшедшим режиссёром». В 65 лет мужик захотел снимать своё кино и пошёл учиться на режиссёрские курсы.

— Так просто?

— А что такого? Это же Голливуд, столица мирового кинематографа. В Лос-Анджелесе порядка 150 киношкол. Платные и бесплатные, частные и муниципальные. Иди учись, если есть желание, время и деньги.

— Ты тоже подался в кино?

— Не совсем. После года работы в отеле я рассчитывал на повышение, но в данной корпоративной структуре умение и старание не поощрялись. Поэтому решил по-дыскать другое место. В тот момент я переписывался со своим другом из Краснодара, музыкантом Алексом Оськиным. Он прислал мне свою музыку для рецензирования и заодно попросил снять видеоклип для одного из его треков. Здесь мне пригодились мои знания по управлению проектами и многочисленные знакомства из шоубиза Лос-Анджелеса. В ту пору я жил с ребятами, которые занимались съёмками. Обратился к ним — они мне помогли снять мой первый клип. Камера у меня была своя. Я открыл собственный музыкальный лейбл, собрал команду для съёмок, провёл кастинг и выступил одновременно режиссёром и продюсером видеоклипа.

Клип выложили в разных музыкальных онлайн-магазинах. Хотели продать, но не получилось — не было никакого опыта в индустрии. Зато было очень интересно. И я решил сосредоточиться на видеопроизводстве.

— И какой был результат?

— Мы много тусовались и организовывали свои вечеринки. Это принесло много нужных знакомств со всего мира. Сняли серию рекламных роликов и короткометражных фильмов, ряд музыкальных видеоклипов, в том числе два для известной российской группы «Мумий Тролль», где я выступил продюсером. Один короткометражный фильм, поставленный моим другом, японским режиссёром, и спродюсированный мною, занял призовое место на престижном азиатском кинофестивале «короткого метра» (короткометражных фильмов. — Прим. ред.).

Я перезнакомился с разными российскими киношниками. Многие нынешние звёзды кино и телевидения России получали и получают образование в США. Это те самые люди, что создают сегодняшнее  отечественное кино и телевидение. Мне кажется, это правильно. Пусть учатся у американцев, потому что сегодня в умении снимать кино никто в мире с ними не сравнится. Я имею в виду техническую сторону производства. А в России не хватает специалистов с такими навыками. Зато те же американцы учатся снимать красивое кино на фильмах наших режиссёров, таких как Эйзенштейн и Тарковский.

Что же касается меня, то через время я решил уйти из производства и попробовать что-то ещё.

— И что же это было?

— Я увлёкся фотографией. Делал различные фотосъёмки.

— Что интересного тебе удалось снять?

— Много чего. Однажды я обедал в Голливуде прямо напротив кинотеатра, в котором проводят церемонию вручения «Оскара». В Твиттере пошёл слух, что через пару часов известный диджей Kaskade будет здесь выступать прямо на улице. Менеджер музыканта не рассчитал вирусность этого сообщения, и послушать диджея пришли 10-15 тысяч молодых людей. Началась давка, и выступление было отменено, ещё даже не начавшись. Молодёжь не хотела расходиться, из-за чего пришлось вызывать вертолёты, всю близлежащую полицию и спецподразделение для разгона бунтарей. Об этой истории не упомянуло ни одно СМИ, но мне удалось сделать большое количество снимков тем вечером.

«Горящий человек», перевернувший жизнь

 — Чем ещё занимался?

— Однажды друг позвал меня в свой стартап. Это была одна из моих первых консалтинговых работ в области онлайн-продаж. Я, сколько себя помню, всегда был, что называется, на «ты» с компьютером, много времени проводил в интернете. Приглашение друга стало моим первым опытом, когда увлечение стало профессией. Но через время я вернулся в шоу-бизнес.

— Почему?

— Российские кинематографисты собрались снять в Америке кино, и им были нужны дизайн всего проекта и веб-сайт. Пригласили меня. В процессе работы судьба свела меня с известным продюсером Русланом Витрянюком. Я впервые встретил человека, у которого в записной книге было более 5000 контактов, которых человек лично знал. Руслан мог чуть ли не в пять утра позвонить Филиппу Киркорову, чтобы пригласить его выступить на какой-нибудь вечеринке. Феноменальный, конечно, человек! Работа с ним меня многому научила. Благодаря Витрянюку я попал на Олимпийские игры в Лондоне, можно сказать, жил в российском олимпийском доме, был на церемонии закрытия Олимпиады.

Но как раз после Олимпийских игр у Руслана начались финансовые проблемы. Его структуры разваливались одна за другой, и пришла пора расстаться: и с ним, и с шоу-бизнесом.

— И что потом?

— Поехал на фестиваль Burning Man (в переводе — «горящий человек») — грандиозное мероприятие, которое ежегодно проходит в пустыне Блэк Рок Дезерт в штате Невада. Я был здесь впервые. Думал, обычный затяжной оупен-эйр (от «проходящий на открытом воздухе» — Прим. ред.), отдохну недельку, а там видно будет. Но фестиваль просто перевернул мою жизнь.

— Каким образом?

— Burning Man можно назвать фестивалем выражения личной свободы. Сюда на неделю съезжаются несколько десятков тысяч свободомыслящих людей со всего мира. В пустыне возникает целый палаточный город, который живёт по своим законам, здесь не используются деньги, играет музыка со всего мира и пропагандируется идея максимального участия в происходящем. Устанавливаются произведения современного искусства и различные арт-объекты, разбиваются кэмпы, из которых ты выбираешь тот, что тебе ближе по духу. Скажем, в одном кэмпе читает лекции профессор университета (причём, в одних трусах), а в соседнем — работает круглосуточный танцпол. На фестивале царит атмосфера вечного праздника, его постоянно посещают известные люди — музыканты, актёры, спортсмены, бизнесмены, политики, учёные. В общем, Burning Man — настолько феноменальное событие, что невозможно описать словами. Его можно только прочувствовать самому. Я, к примеру, под впечатлениями от фестиваля перестал употреблять алкоголь и стал вегетарианцем.

— Почему?

— Потому что после Burning Man находился в состоянии «сатори». В медитации так называют ощущение душевного спокойствия и небытия, внутреннее блаженство. Я хотел сохранить это состояние как можно дольше, из-за чего перешёл на здоровый образ жизни.

Путь в шаманы

— Увлекаешься эзотерическими учениями?

— Да, со школьных времён. Помню, как с братом ездили в краснодарский Дом книги, где мы покупали стопками книги по психологии, медитации и развитии сознания человека. Стал их самостоятельно изучать. Я ещё жил в Северской, когда начал медитировать. В Америке же проводится много разных фестивалей для расширения сознания, бывал на них неоднократно. Но ни один не сравнится с Burning Man. Здесь мне открылся очередной уровень понимания реальности.

Я хочу заострить внимание на одном моменте. В России зачастую понятию «эзотерика» дают негативную оценку, почему-то сравнивают с сектантством. На самом деле эзотерические учения имеют поверхностное отношение к религии. Они, прежде всего, объясняют скрытую сущность мира и человека, помогают видеть то, что не видно обычным взглядом, заглянуть в себя. Наука только начинает объяснять этот феномен, но он есть. Только это тема для отдельного разговора.

Так вот, с Burning Man я вернулся почти другим человеком. Началась интеграция полученного духовного опыта в повседневную жизнь. В декабре съездил в Мексику, где собрались люди из разных стран, чтобы встретить конец света. Согласно календарю цивилизации майя он должен был наступить 20 декабря 2012 года (20.12.2012 — Прим. ред.). Опять же получил тут новый опыт, прошёл процесс инициации в шамана.

— Что делают шаманы?

— Я не тот отшельник, который живёт в удалённой местности, как себе многие представляют образ шамана. Я обитаю в городской среде, и у меня свой собственный подход к людям. Если человек готов изменить себя и свою жизнь, я могу ему показать направление и дать кое-какой инструментарий, подходящий именно ему. В моей практике я использую очень много технологических решений и современные научные методы.

Бизнесу — своё время

 — Что было после поездки в Мексику?

— Нашёл новую работу.

— Какую?

— Меня пригласили в компанию, разрабатывавшую программное обеспечение для аптечных сетей. Год я занимался маркетингом, построением бизнес-стратегии и совершенствованием функционала компьютерной программы. Это позволило заключить контракты с большим количеством аптек. Когда я закончил проект, сразу ушёл.

— Не понравилось?

— Это невероятно вымотало физически и психологически. Я просто устал и решил отдохнуть. Три месяца путешествовал по фестивалям и кемпингам. Иногда случалось так, что возвращался домой, лишь чтобы постираться и накупить продуктов.

— Много заработал на том проекте?

— Не скажу, что разбогател, но достаточно. Куда важнее полученный опыт. У меня, например, есть несколько бизнес-идей, которые могли бы принести хорошую прибыль. С одной стороны, есть желание их реализовать, с другой — всему своё время.

— Сложно ли открыть свой бизнес в Америке?

— США — это страна, где вести бизнес проще всего в мире. Здесь всё под это заточено: дешёвые кредиты, налоговые льготы и прочее. Но я не хочу связываться с кредитованием. Кроме того, свой бизнес — это ежедневная работа 24 часа в сутки, без выходных и праздников. Постоянно живёшь в стрессе, думаешь, как, что, где, куда… А для меня важна личная свобода. Чтобы я сделал своё дело и, как говорится, гулял смело. Бизнесмен, как бы он ни старался, себе этого полностью позволить не может.

— За что взялся после отдыха?

— Работал с людьми, которые реставрировали и раскрашивали советскую киноклассику. Процессом руководил продюсер Игорь Лопатенок. Цветные «Берегись автомобиля!», «В бой идут одни «старики», «Волга-Волга», «Отец солдата», «Три тополя на Плющихе» — заслуга Игоря. Я же занимался моделированием бизнес-процессов.

С этими же людьми разрабатывал структуру свадебного телеканала. В Америке распространено отраслевое телевидение, есть целые каналы, посвящённые отдельным профессиям и направлениям. А вот свадебного нет, хотя только в США общий бюджет индустрии свадеб порядка 60 миллиардов долларов в год. Мы хотели эту нишу на ТВ заполнить, но инвестиции так и не поступили.

— Что сейчас?

— Живу в Сан-Хосе, в столице знаменитой Силиконовой долины. В настоящее время консультирую ювелирную и строительную фирмы в сфере маркетинга, развития бизнеса в интернете, внедрения современных технологий автоматизации бизнес-процессов. Часто езжу в командировки.

Нам не хватает толерантности, американцам — нашего мышления

— Почему бы тебе со своими знаниями не открыть бизнес в России?

— В России я готовлю к запуску молодёжный этно-бренд женской одежды Kare-Zelenaya. На сегодняшний день нам не хватает связей с культурой и ценностями наших предков. Национальную идею не нужно искать, она всегда с нами, в наших прадедах и прапрадедах. Kare-Zelenaya — это напоминание нам всем о вечных ценностях. Большое внимание уделяется знакам и символам, ведь каждый из них несёт в себе особенную информацию, которая передаётся бессознательно во внешний мир. Ловец снов (символ, защищающий спящего от злых духов — Прим. ред.) будет одним из первых символов в коллекции. Все желающие могут проследить за нашим развитием по тегу #karezelenaya.

— С родными держишь связь?

— Конечно. Я всегда на связи с родными, общаемся по видеочату. Сейчас у всех есть смартфоны, так что никаких проблем. Я бесконечно благодарен своим родителям за всё, что они для меня сделали, и за то, что продолжают меня поддерживать во всех моих начинаниях.

— После 10 лет жизни в США ты стал американцем?

— Недавно пересматривал свои детские фотографии, и на глаза попался снимок, сделанный в северской 45-й школе. Приезжал какой-то фотограф и за деньги фотографировал детей с надувным бананом. Представляешь, мы платили за возможность сфотографироваться с надувным бананом! И так мне стало тепло от этой фотографии и воспоминаний.

Мы родились в СССР, в стране, которой уже давно нет, и дом наш уже никогда не будет таким, каким мы запомнили его в детстве, поэтому надо стремиться жить в настоящем вне зависимости от того, где мы сейчас и где мы будем.

— Какую отличительную черту в характере американцев ты бы хотел видеть в русских и наоборот — чего из русского характера, по-твоему, не хватает американцам?

— Если говорить глобально на уровне наций, то российскому народу не хватает толерантности и более спокойного отношения ко всему нестандартному. Это относится к внешнему виду, привычкам, мировоззрению и т.д. и т.п. Молодой американской культуре в то же время было бы неплохо поучиться нестандартному русскому мышлению.

Беседовал Александр ГОРЯЙНОВ.