Стерпелось — слюбилось

Жили, пели, танцевали, пока в Сибирь не сослали

Мария родилась в 1924 году на хуторе Суп в окрестностях Калужской. Сейчас о нём помнят разве что старожилы станицы. Практически всё население хутора составляли греки. Предки Марии были греками — выходцами из Турции, и в семье Стефаниди свято чтились традиции этого народа. Семья была большая  — пятеро детей. Жили бедненько, но счастливо. По вечерам молодёжь собиралась на поляне под фруктовыми деревьями и под звуки греческой лиры устраивала танцы, пела песни. Марии было 16, когда внезапно скончалась мама, и все домашние хлопоты, включая воспитание младшего брата Ванечки, легли на плечи её и сестёр Нины, Анастасии и Прасковьи.

В 1942 году люди из НКВД сослали всех греков хутора в Сибирь, правда не сразу. Накануне их первого визита к отцу пришёл его друг и сказал: «Анастас, бери коня и уходи на три дня в лес». Мужчина понял его с полуслова и, не задавая лишних вопросов, поступил, как тот велел. Увидев, что в доме одни женщины, НКВД-шники ушли. Но свобода продлилась недолго. Вскоре они явились снова, и на этот раз репрессии избежать уже не удалось. Собрав нехитрые пожитки, семья села в товарный поезд и отправилась в далёкую и неизвестную Сибирь.

— Дорога была тяжёлая, до сих пор вспоминаю её с содроганием, — признаётся Мария Анастасовна. — Многие дети просто не выживали, их тела сбрасывали прямо на станциях. Мои родные, к счастью, выдержали этот страшный путь.

Прибыв в село Раздольное Красноярского края, начали обживаться. Паспорта у репрессированных, само собой, сразу отобрали. Мария устроилась на чёрную, тяжёлую работу — чистила чушки для снарядов. На голод и холод внимания тогда никто не обращал. Всё для фронта, всё для Победы…

Война закончилась, стало чуть легче. Мария и её родные уже привыкли к сибирской жизни, работали и тихо ждали реабилитации.

«Свататься буду, пока не женюсь!»

В 1947 году в Раздольное приехал молдаванин Сергей Тиника. Впрочем, помимо молдавской крови текла в его жилах и белорусская, и армянская, и где-то даже греческая. Его, как и многих в те времена, в сибирское село репрессировали как «неблагонадёжного» гражданина. Сергей имел высшее образование, в Молдавии работал учителем истории, а в Раздольном устроился табельщиком. Заглянув однажды в котельную, он увидел хрупкую кареглазую брюнетку. Влюбился сразу. Чуть ли не каждый день парень стал ходить туда, якобы за дровами. Мария на ухаживания Сергея не реагировала, зачастую даже прикрикивая:   «Уходи отсюда, а то начальнику расскажу!» Но парень просто так сдаваться не собирался и вскоре пришёл к ней домой свататься. Отец невесты прогнал ухажёра со словами: «Мария замуж не выходит!»

Здесь следует пояснить, что девушка с детства прихрамывала на одну ногу и очень этого стеснялась. Поэтому на кавалеров внимания не обращала, боясь пресловутого «поматросит и бросит». Того же опасался и отец.

Но даже это не остановило влюблённого Сергея. Через несколько дней он снова явился к девушке. Загнав Марию в дом, отец вывел жениха на мужской разговор. Тот честно признался: люблю, мол, сил нет, никогда её не оставлю и не успокоюсь, пока не женюсь! Мужчина нахмурился, ещё раз внимательно посмотрел на будущего зятя и молча пошёл в дом. Спросил у дочери: «Любишь его?» Девушка, потупив взгляд, ответила: «Не знаю». Строгий, но мудрый отец решил: свадьбе быть!

Сыграли её 16 июня 1951 года. Впрочем, свадьбой это можно назвать с натяжкой. Не было ни фаты, ни обручальных колец. Мария соорудила на голове причёску из кос — вот и всё праздничное убранство невесты. Даже штамп о браке в паспортах у супругов появился лишь спустя четыре года, когда их реабилитировали. На тот момент в молодой семье Тиника уже появилась малышка Тамара.

Из холодной Сибири в солнечный Джамбул

В 1955 году семья переехала в город Джамбул Казахской ССР. Сергей сразу устроился в «Казэлектромонтаж» сначала бригадиром, затем прорабом, а в скором времени уже возглавил организацию «Казторгмонтаж». Он всегда был эрудированный, пробивной, а таким людям путь по карьерной лестнице всегда даётся легко.

Через три года семье Тиника  дали трёхкомнатный коттедж. К тому времени у них уже родились Татьяна и Григорий. Марии муж работать запрещал, велел заниматься воспитанием детей. Но когда они подросли, женщина решила: хватит сидеть дома, пора выбираться в люди. Устроилась в столовую ближайшего к дому училища кухрабочей. Образования Мария не имела, зато была усердной и ответственной. Поэтому директор столовой уже через месяц повысил её до старшего повара.

В 60-е, когда по стране шагал развитой социализм, Мария Анастасовна, которой тогда было уже 37, брала уроки русского языка у местной учительницы Зинаиды Ивановны, которую до сих пор вспоминает с большой благодарностью, ведь именно она научила её читать и писать по-русски.

В их доме всегда было полно гостей. На одной улице дружно соседствовали русские, греки, казахи, немцы, чеченцы. Супруги Тиника славились своим гостеприимством — на стол гостям выставлялось всё, что имелось в холодильнике.

Дети получили в Джамбуле высшее образование, завели свои семьи. Все, кроме Тамары, жили в Казахстане, она же вышла замуж и уехала в Якутию.

А в 1993 году, когда начались гонения на русскоязычные народы, населявшие бывшие социалистические республики, супруги Тиника снова начали паковать чемоданы и покупать билеты — теперь уже до Краснодара. В станице Северской на тот момент жили две сестры и брат Марии. Когда она приезжала к ним в гости, ей здесь очень нравилось. Поэтому сомнений, куда переезжать, даже не возникало.

Работали много, потому и не ругались

В доме на улице Новороссийской они живут уже почти 23 года. Первое время тосковали по Джамбулу. Когда уезжали, их провожала вся улица, многие не могли скрыть слёз.

Вскоре вслед за родителями в Северскую переехала и Татьяна. Григорий с семьёй эмигрировал в Румынию к тёте, которая на тот момент жила одна в большом доме на берегу моря в городе Констанца. Через несколько лет он трагически погиб. Семейное горе тогда сильно подкосило здоровье родителей. Уже 12 лет Мария Анастасовна не встаёт с инвалидного кресла. Но на одном месте по-прежнему сидеть не любит, «шебаршит» на кухне вместе с дочкой Тамарой, которая сейчас тоже живёт в родительском доме.

Супруги Тиника никогда не обладали большими деньгами, но считают себя поистине богатыми людьми. У них восемь внуков и уже шесть правнуков, уютный дом и спокойная старость.

На наш традиционный вопрос, в чём секрет семейного счастья, Мария Анастасовна, смущённо улыбаясь, ответила:

— В мире и согласии. Мы всю жизнь трудились, ругаться было просто некогда. Берегли нервы друг друга, а с ними, наверное, и чувства. Сейчас уже даже не верится, что я наотрез отказывалась за Сергея замуж выходить. С годами стерпелось — слюбилось, совсем как в той поговорке. 

Яна БОГАТЫРЁВА.

Фото Геннадия ШКИЛЁВА и из семейного альбома.