Она родилась и выросла в станице Гиагинской в рабочей семье. С самого раннего детства стала проявлять интерес к рукоделию. Оно и понятно: в семье трудились все. Родители строили дом своими руками, обустраивали быт. Мебель отец делал из дерева, а мама с молодости увлекалась изготовлением скатертей, салфеток, вязала детям одежду. Елена Пилипеева говорит, что мама сама пряла пряжу и вязала носки, варежки – самые тёплые на свете! Старшая сестра Людмила тоже училась вязать и шить и передала Елене свой художественный вкус и творческое воображение.

– Времена моего детства были тяжёлые, не всё можно было купить в магазинах, но у меня всегда были лучшие новогодние костюмы, – вспоминает Елена Ивановна. – Новый год – самый долгожданный праздник. Мы шили платья из марли, красили зелёнкой, делали короны из ёлочных стеклянных бус. Вечера в доме перед Новым годом превращались в фабрику чудес.

Спицы наша героиня первый раз взяла в руки в шесть лет. Попробовала набрать петли и делала это так туго, что даже пальцы хрустели. Бросала, но бралась снова и снова. К кончанию школы она уже вязала себе шапки и шарфы, часто используя пряжу, распущенную со старой одежды. А спицы Елена делала из велосипедных спиц, которыми, кстати, она до сих пор вяжет и считает их лучшими.

Интернета тогда не было, поэтому интересные идеи для вязания брала из журналов «Работница» и «Крестьянка», которые тогда выписывала, наверное, каждая семья. Но всегда она обращалась за советом к маме и сестре. Позже Елена освоила вязальную машинку, с помощью которой быстрее и качественнее можно было связать детям свитера или платья. Отделку выполняла спицами или крючком. Изделия получались эксклюзивные, «ни у кого такого не было». Также женщина вязала интересные салфетки крючком и разные мелочи.

С появлением интернета Елена Пилипеева открыла для себя новое направление в вязании – создание кукол.

– Вот здесь я стала работать не просто руками, а придавать изделию какой-то живой образ, от первой петельки до последней, – говорит мастерица. – Такая работа по-настоящему захватывает. Постоянный поиск материалов: цвета пряжи, глазок, бантиков, крючков, ленточек, бусин. Работая над каждой куклой, очень долго держишь образ в себе, пока не выполнишь всё до последней детали. Тогда можно отпустить – подарить или продать, последнее я очень редко делаю.

Для Елены вязание стало не просто увлечением, а настоящей поддержкой в трудные жизненные моменты. Оно помогало справляться с внутренним душевным дисбалансом, когда сама болела или страдали её близкие. А ещё вязание помогло ей найти работу. Женщина долго не могла никуда устроиться. Однажды она взяла альбом с фотографиями своих изделий и пошла в детский сад. Показала снимки заведующей, и её взяли воспитателем, хотя на тот момент она уже 20 лет как ушла из профессии.

Проработав в афипском детском саду №34 десять лет в хорошем творческом коллективе, Елена Ивановна ушла на заслуженный отдых. Теперь у неё появилось больше свободного времени для хобби. А не так давно она освоила вязание из трикотажного шнура и джута. Рукодельница создаёт функциональные изделия: подарочные корзинки к любому празднику, детские органайзеры, сумки, тапочки и другое.

Хоть пальцы Елены Пилипеевой по-прежнему хрустят, уже не от неумения, а от жизненного опыта, она продолжает творить и надеется передать свои знания другим.

Оксана Драч

Надежда родилась в маленькой и далёкой деревеньке Ковалёво Пермской области. В 1976 году её большая семья переехала на Кубань в посёлок Ильский. Она с детства любила рисовать и после окончания школы поступила на курсы повышения квалификации работников культуры и искусства художников-оформителей. Потом устроилась в торговую организацию, где проработала художником-оформителем 13 лет.

В переломные 90-е годы решила работать на себя. Делала хлебницы и развозила по торговым точкам на реализацию. Тогда художница освоила гравировку по мрамору, а ещё много вязала и вышивала. А шесть лет назад Надежда увлеклась точечной росписью керамики, пробовала также декупаж и джутовую филигрань. Два года назад Надежда Бетева окончила онлайн-курсы по живописи маслом и интерьерной живописи и освоила технику карандаша.

– Когда я освоила карандаш, а для меня это стало открытием, моему восхищению не было предела, – говорит художница. – Ты просто летаешь от удовольствия. Видя законченную работу, хочется прыгать, смеяться, как в детстве. Сразу столько сил появляется, энергии, планов и новых задумок. А в сутках всего 24 часа…

В своих картинах женщина обязательно применяет новые техники. Особенно интересно ей было прикоснуться к творчеству голландских художников. Также ей нравятся техники Blade&Socks (лезвие-носок) и мастихин (инструмент для смешивания густых масляных красок и нанесения краски на полотно).

Поначалу были сложности – не сразу получалось выполнить задачу. Но для неё чем сложнее, тем интереснее. В целом на одну работу у Надежды уходит от 8 до 10 часов, а если картина многослойная, тогда 3-4 дня. Художница отмечает, что на создание новых творений её вдохновляют родные, внучки, любимые цветы. А иногда и красивые стихи.

– Писать маслом или рисовать карандашом – для меня это отдых, – признаётся Надежда Бетева. – Села за мольберт на пять минут сделать несколько мазков и… растворилась. Это тот момент, когда из реальности переходишь совершенно в другое измерение, в мир, в котором происходит волшебство, где только ты и твоё творение, а всё остальное для тебя уже не существует.

Родом Татьяна из Тольятти, после школы окончила Самарский государственный университет, получив профессию преподавателя рисования, черчения, мировой художественной культуры.

С глиной знакомство началось в университете, когда изучала лепку и скульптуру. После учёбы с этим материалом не работала. И вот  четыре года назад на творческом фестивале она познакомилась с гончаром, поистине влюблённым в своё дело, – Сергеем Михайловичем Борисовским. На фестивале Татьяна участвовала в его мастер-классе по гончарному делу, и это изменило её жизнь.

Её первая кружка получилась замечательной. Восторг, непосредственная радость от того, что «я могу», рассказывает мастерица. Уже потом поняла, что не всё так просто.

– Когда ты начинаешь что-либо делать в первый раз, то сталкиваешься с трудностями, – признаётся Татьяна, – но самое главное – желание и мечта. – Если есть мечта – преодолеваешь все сложности и страхи. А за два года обучения у Сергея Борисовского были и успехи, и разочарования.

Сначала Татьяна Чечурина работала на гончарном круге, создавая посуду и домашнюю утварь. Позже увлеклась ручной лепкой. В этой технике для неё открылись абсолютно другие возможности в плане творчества – она делает интерьерные вещи, которые создают настроение и дарят тепло. Появился свой стиль и характер, по которому теперь узнают её работы.

– Для себя я поняла, что лучше матушки-природы никто не сделает, – говорит Татьяна. – Познакомившись с японской техникой «нарикоми», более тесно подружилась с глиной и доверилась ей. Теперь природа рисует на моих работах свои замысловатые узоры.

Татьяну вдохновляют её семья, природа, люди, детство, сказки. Отсюда она и черпает идеи. Объясняет, что рождение новых фигур происходит по-разному, но всегда через подъём, образы и состояния, которые хочется передать.

Материалов для создания работ не так много. Сначала мастерица брала глину возле рек, сейчас покупает – заказывает из разных уголков нашей страны, подбирая её, чтобы она подходила друг другу по составу. Готовое изделие обязательно покрывает прозрачной глазурью – она подчёркивает и усиливает цвет глины и обеспечивает ей защиту, чтобы изделие можно было использовать в быту.

– Керамика сопровождает человека всю его жизнь, начиная с самых ранних периодов, – отмечает наша героиня. – Для меня это – самовыражение. То, через что я проявляюсь, показываю и делюсь своим внутренним миром, вкладывая в свои работы не только силы, но и сердце, душу. Поэтому считаю, что работа с керамикой – не просто для того, чтобы занять время. Хочется, чтобы то, что я делаю, видели люди и испытывали такие же эмоции, как и я.

Новичкам и всем творческим людям Татьяна посоветовала не бояться встретиться с собой, мечтать и знать, что никогда ничего не поздно, пока ты живёшь.