Андрей и Вероника – учителя. Он преподаёт географию, ведет туризм, она – психолог. После окончания Луганского педагогического института Андрей восемь лет проработал в Красном Луче учителем географии, пока не наступил 2014 год. В их городе начались волнения. Появились первые диверсионные группы, которым противостояли ополченцы.

Их дочке Таечке было три года, когда Андрей с Вероникой уехали в Россию, к родным в Новороссийск. С ними также отправились их мамы и четырехлетний племянник. А отцы остались в ополчении.

– Мы уехали в июне, а второго августа войска Украины начали бомбить город, разрушили заправку, повредили газопровод, но вскоре ополченцы их выгнали, – рассказывает Андрей.

Сначала они планировали провести у родных лето и вернуться в Красный Луч, а потом Андрей и Вероника нашли работу: он грузил шлакоблок, плитку и бордюры в станице Северской, а она устроилась психологом в центр развития ребёнка «Берёзка» в Ильском.

– Нас приютила семья бывшего директора школы №15 Лидии Александровны Егоровой, мы жили у её дочери Татьяны. Спасибо им огромное! – говорит Вероника. – Директор ЦРР «Берёзка» Ирина Михайловна Дягиль помогала мне во всём. Мы очень благодарны тем руководителям, которые приняли нас на работу.

– Мне предложили работу в дербентской школе №12 завучем, учителем географии, биологии, физики. Я замещал учительницу, находившуюся в декретном отпуске. Когда она вышла, взял часы ещё и в афипском лицее, – вспоминает Андрей. – Затем решил, что надо искать работу только в Афипском, и вот в первую смену стал работать в шестой школе, а во вторую – в афипском лицее. Последние четыре года работал в шестой школе, а с этого учебного года – в школе №17.

Родители Вероники и племянник живут в Северской. Мама Андрея живёт и работает в Новороссийске, а отец остался в Красном Луче.

С 2019 года Андрей и Вероника – граждане России. Как педагоги они приняли участие в программе «Переселение соотечественников» и получили российское гражданство. Год назад оформили ипотеку, купили квартиру.

– Как вы относитесь к сегодняшним событиям на Украине?

– Поддерживаю. Хотелось, конечно, чтобы это произошло раньше, ещё в 2014 году, – говорит Андрей Марчук.

– Мой брат был кадровым военным, в 2014 году после Майдана он подал в отставку. Сменил род деятельности. Сейчас с семьёй живёт в Мариуполе. Конечно, мы за них очень переживаем и надеемся, что всё будет хорошо, – говорит Вероника.

Северский район супругам нравится. Они рады, что здесь. Их дочь сейчас четвероклассница, учится в школе №17, занимается в ильской ДШИ фортепиано и хореографией.

Кстати, Андрей пишет стихи, среди них есть и гражданская лирика, посвящённая судьбе его малой родины – Донбасса.

Ольга Бондаренко

Судьба – отдельная книга. В каждой любовь и в каждой интрига. И расставанье, и горечь обмана, в каждой – сюжет, достойный романа… От чего зависит судьба? Где её корни? Вот что рассказывает о себе сама Ирина Яковлевна.

Всё начинается с детства

– Я украинка. Родители из села Черновцы Винницкой области. Во время войны оба были связистами. Шли за армией, которая освобождала от фашистов страну. Освободят наши войска какой-то район, и первым делом нужна связь, чтобы легче было восстанавливать страну после разрухи.

После войны наша семья два года жила в городе Львове. На западной Украине тогда пытались навести свои порядки бандеровцы. А мы с восточной Украины… Одним из требований бандеровцев к населению было, чтобы все говорили по-польски. И хотя наша семья носила польскую фамилию – Ордынские, мы жили в постоянном страхе.

Ну, а когда в доме, где мы квартировали, бандеровцы вырезали за одну ночь три семьи, бабушка – мамина мама, которая жила тогда с нами, сказала: «Вы как хотите, а я хватаю внучку и домой».

Уехала тогда вся семья. Жили в Хмельницке, Шепетовке. В конце концов, оказались в Черновцах.

Самые яркие воспоминания детства связаны с бабушкой, тоже Ириной. Ирина Филипповна была верующей. Знала травы. Лечила детей и взрослых безо всякого медицинского образования. Дар у неё такой был. К ней за помощью приходили не только из Черновцов, но и из окрестных сёл. Всегда в хате были чужие люди, другие ждали своей очереди во дворе. От неё я услышала и главный совет, которым руководствовалась всю жизнь: «Всякое бывает. Но ты не озлобляйся. Будь к людям добра. Они твоё добро тебе сторицей вернут. И помни: помогая другим, ты лечишь свою душу».

В школе я пела, занималась танцами и гимнастикой. Постоянно одноклассники выбирали меня старостой класса. Школу окончила с серебряной медалью. Была любимой единственной дочкой у папы с мамой. Отец меня вообще обожал. Но детство моё золотым не назовёшь. Дело в том, что отец ревновал маму безмерно, устраивал дома страшные скандалы и даже давал волю кулакам. Эти обстоятельства отравили моё детство. И я даже потихоньку себе клялась, что, когда стану взрослой, замуж никогда не выйду. В конце концов родители развелись.

Мы уехали с мамой в Иркутск.

Пора исканий

Когда я окончила школу, никак не могла определиться, кем же я хочу стать. Мама мечтала, чтобы я стала врачом. Но я понимала, что это совсем не моё. Очень боялась вида крови. А мысль о том, что студенты медицинского должны часть своего учебного времени проводить в анатомичке, приводила меня в неописуемый ужас. Мне не хотелось разрушать мамину мечту. Но всё-таки я как-то заикнулась: «Мама, а может, мне в фармацевты пойти?».

На экзамене со мной рядом сидел мальчик. Я видела, что он очень хочет поступить. Но, похоже, знаний у него не хватало. Он у меня спросил одну формулу, другую… Закончилось это тем, что меня выгнали с экзамена за подсказки.

Маме дома в этом не призналась. Сказала просто, что не сдала. «Как же так? Ведь химия — твой любимый предмет».

Я поступила в педагогический институт. После его окончания стала преподавать в школе физику и математику. Это продолжалось три года. А потом с мамой произошёл инсульт и мы переехали на Кубань, в станицу Северскую.

Здесь в 24 года вышла замуж. Мама этого очень хотела. Мой будущий муж Николай казался мне полной противоположностью моему отцу. Спокойный, положительный. Не было такого кипения страстей, как у папы. У нас родились сын Алексей и дочка Леночка. Родители Николая очень хорошо ко мне относились.

Я устроилась работать в суд секретарём судебного заседания. Это было, похоже, действительно, моё. Я держала в памяти все дела, которые мне приходилось вести по долгу службы. «У вас поразительные способности, – удивлялись судьи. – Учитесь!»

Я подумала, что это мне действительно очень интересно. Со своей радостью я отправилась к мужу. Он недолго думал: «Тебе это, может, надо, а мне нет». Не даю своего согласия. Так мечта осталась неосуществлённой.

В суде меня назначили начальником секретариата. Здесь я проработала семнадцать лет. Потом перешла в милицию. Стала секретарём начальника РОВД.

Вот где пригодились мои приобретённые деловые качества: самодисциплина, своевременное исполнение поручений. Меня, как мне кажется, и здесь оценило начальство. С уважением относились в коллективе.

Предательство

Пришла беда, откуда не ждала…

Мы прожили с Николаем в браке 22 года. Но как-то Николай сообщил мне, что любит другую женщину. Держать не стала.

Дорого достался мне уход мужа из семьи. Думала – не переживу. Но оклемалась. Сделала ремонт в доме. Через два с половиной года Николай пришёл обратно:

– Меня выгнали.

– Иди куда хочешь, Коля. У нас с тобой ничего не получится…

Он поселился у своих родителей, но часто приходил к нам и просиживал часами в доме. Всё это причиняло мне боль. Но что я могла поделать? У нас ведь общие дети. Через какое-то время он снова заявил: «Я влюбился». И снова ушёл, и снова вернулся: «Я отсюда никуда не уйду. Здесь мой дом».

Это была правда. Мы официально так и не были разведены, и дом по документам принадлежал нам обоим. Я выделила ему комнату.

Затем с Николаем случился инсульт. Он болел девять лет, четыре года вообще не вставал. Я за ним ухаживала. Три года назад его не стало.

А жизнь продолжается

Много всего пережито, много раз жизнь сбивала меня с ног. Казалось, всё, конец. Но, как птица Феникс, я поднималась из пепла и шла дальше. А что делать? Сначала надо было растить детей, помогать им встать на ноги. Потом появились внуки: Сергей, Олег, Маша. Перед появлением их на свет я готовила им приданое. А сейчас им 18, 17 и 16 лет. Мы с внуками большие друзья.

Я знаю, что такое радость, что такое счастье. Сколько светлых минут подарили мне мои дети! Они стали моей опорой в жизни. Я радуюсь их профессиональным успехам, семейному счастью. А первые улыбки, первые шаги моих обожаемых внуков! А сколько радости доставляют мне встречи с коллегами, которые меня всегда и во всём поддерживали.

Люблю станицу Северскую, которая за полвека жизни стала мне родной, люблю её людей, люблю нашу кубанскую природу. А недавно в моём палисаднике случилось чудо: в конце сентября зацвела буйным цветом сирень.

Несколько лет назад в моём доме поселилось весёлое неунывающее существо – той-терьер Бася. Глянешь на Басю, и поразишься очередной раз: сколько в ней неиссякаемой энергии. И улыбнёшься ненароком…

Председатель совета ветеранов отдела внутренних дел Нина Андреевна Бакланова говорит о своей коллеге:

– В РОВД Ирина Яковлевна была на своём месте. Она профессионал. Уже это обстоятельство заслуживает самого высокого уважения. При всём при том она друг, на которого всегда можно положиться. Она сейчас на пенсии, но шагает в ногу со временем. По-прежнему много читает. В основном книги по истории. У неё свой любимый период – XVII, XVIII, XIX века. Она – член совета ветеранов отдела внутренних дел. Освоила интернет и с его помощью общается со всеми нами. По поручению коллег и от себя лично я сердечно поздравляю Ирину Яковлевну с юбилейным днём рождения. Желаю здоровья, счастья. Пусть все болезни отступят перед вашим душевным светом.

Очень хочется присоединиться ко всем этим добрым пожеланиям.

Людмила Бухало

Афипский — её малая родина. Отсюда её отец, и сама она родилась и живёт в посёлке семьдесят лет. С 1974 года возглавляет квартальный комитет, который начинался с улицы Лесной (потом к ней добавились четыре квартала улицы Вороновой, часть Чапаева). А с 2019 года Валентина Владимировна стала руководителем ТОС «Содружество».

Она много лет работала в колхозе «Аврора» (бывший колхоз им. Сталина), и так и осталась его патриоткой, если можно так сказать. Дома хранит две пожелтевшие от времени, сшитые вручную книжицы. Одна сохранилась частично, это «Книга учёта имущества» колхоза им. Сталина, начатая в январе 1943 года. Станицу Афипскую освободили от фашистов как раз в начале сорок третьего. А до этого с приходом оккупантов ещё в сорок втором весь колхозный скот переправили в горы за Смоленскую…

На почти пустых страницах аккуратные записи о скудном приходе колхозного имущества: поголовье скота — коровы, овцы, бараны, лошади, птица – исчисляется не тысячами и не сотнями — единицами. Животных покупали после оккупации по одной-две головы. Из орудий труда, техники – хода пароконные, хомуты, конные плуги, бороны зигзаг, веялки, крупорушки, сенокосилки, садилки, соломорезки… Дольше перечислять, на учете из всей этой техники — кот наплакал.

Вторая сшивка – «Устав сельскохозяйственной артели им. тов. Сталина, Афипского станичного совета Северского района Краснодарского края», зарегистрированный в 1950 году. Очень интересная книжица —  о том, как была организована жизнь колхозников. В разделе «Средства артели» значится: «Вступающие в артель должны внести денежный вступительный взнос от 20 до 40 рублей на двор – в зависимости от мощности хозяйства… В артель не принимаются кулаки и все лица, лишённые избирательных прав… Денежный аванс может быть выдан члену артели в течение года в размере не более 50 процентов суммы, причитающейся ему за работу». Какие задачи стояли перед тружениками? — «Оказывать помощь членам артели, добросовестно работающим… Развивать все  отрасли сельскохозяйственного производства, применительно к природным условиям места, организовывать строительство на общественных началах хозяйственных и общественных построек…». Тут и свой трудовой кодекс расписан. Вот, например: «…в отношении беременных и кормящих женщин – необходимо облегчить их работу, освобождая от неё на месяц до родов и на месяц после родов с сохранением на эти два месяца в половинном размере средней выработки ими трудодней».

— Я когда нашла эти документы, ставшие уже ненужными колхозу, стала перебирать каждую страничку, перечитывать… У меня, знаете, руки тряслись, — говорит Валентина Владимировна.

 Девчонкой она много чего слышала от бабушек о судьбах своих родных. Дед по отцу приехал в станицу Афипскую работать учителем. Дед по матери был осуждён в 1934-м как враг народа, реабилитирован в 1947-м с выплатой денежной компенсации. Его дочь — мама Валентины Черевань, Титова Елена Григорьевна, (1925 г. р.), — с 1944-го работала в колхозе «Аврора», она заслуженная колхозница, ветеран труда, А отец Валентины Владимировны, Титов Владимир Терентьевич (1924 г. р.), с приходом в станицу оккупантов семнадцатилетним бежал на фронт. До 1947 года служил в 36-м  пластунском стрелковом  полку, получил несколько ранений. Награждён медалями «За отвагу», «За взятие Берлина», «За освобождение Праги» и другими. После войны до самой пенсии работал в СМУ-7 посёлка Афипского. При нём здесь начиналось строительство НПЗ. Для своей семьи дом новый на бывшей Сталинградской улице построил. Позже этой улице дали новое имя — Ленина.

Первые двое детей у родителей Валентины умерли малолетними, потом родились Валентина и её сестра. Отец ещё помогал растить дочерей брата, погибшего в 1942 году (на обелиске в парке посёлка Афипского нанесено его имя —  Титов Михаил Терентьевич). Валентина начинала учиться в четвертой школе, восьмилетку окончила в 29-й (теперь на её месте располагается школа искусств). Отучилась в техникуме, но по специальности в торговле работать не захотела, пошла  в колхоз. Потом сельхозтехникум окончила.

Росла, взрослела, наблюдая, как с годами рос и менялся  посёлок Афипский. В старом здании на Ленина, где сейчас офис Сбербанка, раньше была колхозная контора, вторую половину занимала библиотека, вспоминает Валентина Владимировна. Когда построили новое здание поликлиники, в старое, на Красноармейскую — Пушкина, переселили библиотеку.

Клуб был колхозный в центре, рядом — старая колхозная контора, это улица Комсомольская, где сейчас магазин «Магнит». Впоследствии в этом здании бывшей конторы было и отделение милиции, и казачий штаб, а   потом здание убрали,  территория на этом месте сейчас свободная.

Посёлок постепенно расширялся. Колхоз «Аврора» нарезал участки под строительство жилых домов, организаций. Вот и Валентина Владимировна переехала на улицу Лесную. Там все колхозники строились.

— Электричество мы проводили ещё в 1974 году. В складчину столбы покупали. Потом водопровод вели. Люди дружно брались за дело. В 85-86 годах сами организовали кооператив и провели газ, потом на месте газопровода сами дорогу  восстанавливали – щебень завозили и отсыпали. Герасимиди Георгий Христофорович, руководитель четвёртой автобазы, возил нам щебень. Выходили все — от мала до велика — с лопатами. И пока следующая машина придёт, мы уже всё пораскидаем. О том, чтобы траву вдоль своего забора выполоть, никого не надо было уговаривать. А сейчас некоторые мне говорят, что это должна делать администрация. Но ведь у двора практически каждый время от времени складирует стройматериалы, все сажают деревья – это сами решили, без администрации?

Территория ТОС «Содружество» сейчас охватывает часть улиц Воронова, Лесной, Свободной, Октябрьской, Ленина и других. Было такое: пришли жители улиц, где не было квартальных (ул. Чапаева, дома за ериком), и выбрали Валентину Владимировну. Квартальные для администрации — настоящие помощники,  как мостик между населением и местной властью. Почти все они — люди её поколения, старой, как говорят, закалки.  

— Понимаю главу поселения и работников администрации. Жизнь в посёлке, как и в любой семье, не только из праздников состоит.  Надо ежедневно вести дорожные работы, прокладывать тротуары, чистить кюветы, строить новые объекты, при этом реагировать на просьбы и жалобы людей, – тут нужно быть настоящим хозяином, терпеливым, рачительным, дальновидным.

Вспомнила, как было раньше в посёлке: дороги без тротуаров, по которым пешком ходили до рынка, в центр. И сейчас, по словам Валентины Владимировны, — «небо и земля». Поэтому в ответ любителям покритиковать в интернете  работу местной администрации она может сказать: «А что ты сделал для посёлка?».  

С 1968 по 1986 год Валентина Владимировна работала в колхозе. Потом в НИПИ  «Газпереработка», «Краснодарагрозаготсбыт», её бухгалтерский опыт много где ещё пригодился. Двое детей у них с супругом, четверо внуков.  Дети живут и работают в Афипском. У Валентины Черевань много грамот и благодарностей. Из последних — за участие в организации гуманитарной помощи для подтопленного Крымска в 2012 году, медали за вклад в развитие родного посёлка и Северского района. Она уже давно на пенсии, но продолжает общественную работу – ради будущего посёлка Афипского. Давайте и мы заглянем в него.

— На нашем квартале установили уже две площадки. Одна — детская игровая на углу улиц 50 лет Октября – Маяковского. А вторая – спортивно-оздоровительная на углу улиц Чапаева – Маяковского — появилась после того, как наш ТОС заработал первое место и премию в районном конкурсе проектов «ТОС – территория будущего». Жители тогда вместе выходили территорию под площадку расчищать. Скоро наш ТОС будем регистрировать как юридическое лицо. Мы хотели бы турники и беговые дорожки на площадке установить, деревья там посадить — территория позволяет развернуться. Стоит вопрос о строительстве детской площадки на улице Ленина, у речки – администрация знает о нашей просьбе. А ещё тротуар нужен на участке улицы Суворова, где дорога грунтовая, а проходимость транспорта большая. Будем стараться, нашим детям здесь жить!

Ирина Орлова

Фото из архивов администрации Афипского городского поселения и В. Черевань

Она родилась в станице Роговской Тимашевского района 2 августа 1929 года. В семье Фединых детей было пятеро: двое сестёр и три брата. Мать работала в колхозе, отец плотничал. Когда началась война, он ушёл на фронт, да так и не вернулся – пропал без вести.

Следом за отцом отправился воевать старший сын Алексей. Попал в плен, и долгое время родные о нём ничего не знали. Первую весточку о том, что он жив и возвращается домой, парень передал через свою подругу – не хотел сразу огорошивать близких, которые уже, возможно, оплакали его… Когда закончилась война, после долгой проверки Алексей вернулся домой, в Роговскую. Потом уже уехал в Новошахтинск, отучился заочно в институте в Ростове и всю жизнь проработал в шахтоуправлении.

Старшая сестра Александра Васильевна (по мужу Волошина) окончила учительский институт, кафедру математики, и всю жизнь преподавала в ильской 14-й школе.

После Марии Васильевны в семье появились на свет ещё два брата – Анатолий и Георгий. Один окончил школу №43 в Северской, другой выучился в Ильском. Когда младшие дети подрастали, мама была уже старенькая. Со своей мизерной пенсией в двадцать рублей она не могла обеспечить мальчикам возможность учиться, и заботу о них взяли на себя старшие сёстры Александра и Мария. Оба брата поступили в вузы: Анатолий – в Таганрогский радиотехнический институт, а Георгий – в МФТИ. Отучившись, Анатолий Васильевич уехал по распределению в Челябинск, где работал до пенсии начальником ОТК на радиозаводе. А Георгий Васильевич устроился в Московский институт цветной металлургии и трудится там по сей день.

Достойные люди, славные судьбы…

– Видимо, у них в семье способность к учению в генетике. А когда есть такие гены, они рано или поздно проявляются в тяге к образованию, наукам, – рассуждает Надежда Николаевна Федина, невестка Марии Васильевны. Она много времени проводит со свекровью, ухаживая за ней, поэтому хорошо знает её биографию. – Из пяти детей только мама осталась без образования. Она была вынуждена работать, чтобы заботиться о родных, помогать им встать на ноги… Пока младшие братья учились, она собирала для них корзины провианта, передавала с поездом. И их самих, полуголодных и обношенных студентов, встречала на вокзале, когда они приезжали на каникулы, стараясь накормить и приодеть.

Работать Мария Федина начала ещё в войну, лет двенадцати-тринадцати. Она была прицепщицей на тракторе. Война закончилась, и в поисках лучшей доли девушка с двоюродной сестрой отправилась в Северский район: там будто бы принимали работников на лесозаготовку в станице Убинской. Но ещё в поезде от попутчика они услышали, что туда ехать не стоит, а лучше попроситься на работу в колхоз в райцентре.

Приехав в Северскую, девушки пошли устраиваться в колхоз «Заветы Ленина». Сестру взяли, а Марию нет – «мала была», объясняет. Она села у забора и расплакалась. Увидев эту картину, в правлении колхоза, видимо, сжалились и взяли её на ферму, ухаживать за телятами. Позже Мария Васильевна окончила специальные курсы и лет с тридцати стала работать учётчицей. Это должность наподобие бухгалтера, в ней она трудилась до пенсии.

Родился сын Сергей, вырос, пошёл в армию, женился. А после службы – по настоянию дядюшек – отправился за высшим образованием в Кубанский государственный университет, на факультет физики. К этому времени Мария Васильевна могла бы уже смело уйти на заслуженный отдых. Но в семье снова был студент, и она не могла не дать ему, своему единственному, долгожданному сыну, возможность спокойно учиться. Поэтому продолжала трудиться, помогая Сергею и его молодой семье.

Потомки выросли и подарили Марии Васильевне двоих внучек, Марию и Анастасию, а те – троих правнуков, Богдана, Таисию и Виолетту. Бабушку все очень любят и берегут.

– Отличные они у меня! Никогда не обижали, не дразнили, – в свою очередь говорит она. А молодому поколению желает лишь одного: – Всего им в жизни самого доброго!

Анастасия Ложкина

Господь уберёг

Галина Семеновна Данилова (Илькевич) родилась 27 марта 1937 года на хуторе Кисель Красногвардейского района Адыгейской автономной области в семье колхозников. Оба родителя —  Семён Семёнович и Мария Васильевна — были механизаторами широкого профиля. Летом работали в колхозе имени Калинина села Сергиевского Гиагинского района, а зимой занимались ремонтом техники на машинно-тракторной станции.

Детство и юность Галины прошли в  Сергиевском. Семья Илькевич жила в старенькой саманной хате бабушками и дедушками, когда в 1942 году  село оккупировали немецкие и румынские части,.

На берегу реки Фарс румыны устроили расстрел еврейских семей. Расстреливали всех подряд, а после тела убитых на глазах у детей бросали и засыпали в огромную яму, вырытую тут же.

Галина Семеновна  вспоминает: «В пятидесяти метрах от нашего дома стоял старый колодец. Чтобы в него никто не упал, его завалили сверху ветками. Когда ночью началась очередная бомбёжка, мы проснулись от сильного грохота, это в колодец упала фашистская бомба. Потом долго в селе говорили, что нас Бог уберёг от несчастья. Господь часто помогал нашей семье. Однажды к нам привезли двух девочек, Тамару и Дину, и в это время к нам в дом пришёл румын. Помню, мы с ужасом стояли и держались за бабушку Наташу, а незваный гость строго сказал бабушке: «Матка, дай яйко, млеко шнель!». Бабушка не растерялась и ответила: «Да щас, разогналася! Бачишь, — указав на нас, — шо я буду им давать?!». Румын покраснел, попыхтел, а затем развернулся и ушёл. После этого случая никто из них больше к нам не приходил.

Село Сергиевское часто бомбили. Дедушка Вася сделал в саду под одной из яблонь укрытие. Вырыл большую яму, напоминающую погреб, и как только начиналась бомбёжка, нас с двоюродной сестрой Любой закутывали в одеяло и прятали в этом укрытии. Я никогда не забуду этот высокий визжащий, дребезжащий звук летящих бомб. На подворье у нас было  хозяйство: корова, куры и свинья. Это огромная заслуга моей бабушки, что она смогла сохранить живность. Сельчане часто говорили: «Яковлевна, тебя Бог охраняет!».

Дед Вася часто проводил с нами вечера, перед сном рассказывая сказки. Таких сказок я больше не слышала и нигде не читала. Наверное, он сам сочинял их. А вот бабушка часто готовила нам своё вкусное фирменное блюдо. Дедушка называл его «кондёр». Всё, что было съедобное в доме, можно было найти в бабушкином «кондёре»: и белую лебеду, и зеленый лук, и крапиву. Помню, как бабушка наливала жидкий «кондёр» в макитарку (глиняный чугунок) и ставила в центре стола, а мы из него то и дело подливали добавку в свои глиняные чашечки.

Ещё у бабушки был ткацкий станок. В те годы в каждом огороде росла конопля. Её собирали в пучки,  их потом замачивали в речке. Помню, такие пучки были вдоль всего берега Фарса. Каждая хозяйка знала, какой пучок её. После того как пучки вытащат из воды, их ломали, снимали тонкую корочку, из которой ткали нити. Старую одежду рвали на кусочки. Из этих кусочков наматывали клубочки. Соединяли с конопляной нитью и ткали так называемое «рядно» (толстый холст домашнего производства). Рядно использовали для пошива одеял, а из одних конопляных нитей получалась ткань для простыней».

Работала с детства

В 1944 году Галина поступила в среднюю школу села Сергиевского. Начиная со второго класса она стала работать в поле. Всем школьникам тогда выдавали сумки-котомки. С этими сумками ученики, в том числе и Галя, ходили по убранному комбайном полю, собирали оставшиеся на нём пшеничные колоски. У каждого была определенная норма сдачи. В одну сумки помещалось до пяти килограммов колосков. Работали все весело и дружно, помогая друг другу собрать нужное количество.

— Обуви не было, ноги кровоточили от стерни сжатой пшеницы, — рассказывает наша героиня. — Бабушка Наташа лечила меня и Любу, так как к завтрашнему дню нужно было опять идти на работу — пока не соберём все колоски. Так мы зарабатывали трудодни. Правление колхоза за это выдавало продукты, и это была высшая оценка нашего труда.

До самых холодов дети ходили в школу босиком, так как обуви практически не было, а ту, которая была, берегли. Обувь шили своими руками, в основном это были какие-нибудь тапки. Галина Данилова вспоминает, как дедушка сшил ей очень удобные резиновые галоши из старой покрышки. Сначала вырезал резиновое основание для подошвы по размеру моей маленькой ножки, потом привязал к нему кусочки мешковины. В них она приходила всю осень. Бабушка перешивала внучкам старую одежду, на зиму вязала чулки, а зимой они носили фуфайки. У Гали была фуфайка с очень длинными рукавами, которые приходилось всё время подворачивать. Носить её было неудобно, зато тепло.

На площади в центре села Сергиевского часто собирались жители и проводили все праздники. Особыми считались 9 мая и 7 ноября. Ещё школьницей маленькая Галина участвовала во всех мероприятиях: читала стихотворения и басни, пела в школьном хоре. В старших классах Галина даже была центровой в построении гимнастических пирамид.

— В номере участвовало несколько человек, — вспоминает Галина Данилова. — В центр ставили самого крепкого школьника, который смог бы удержать на себе двух-трёх человек. Дальше дети становились друг на друга, и получалась наша пирамида. Практически всегда у основания пирамиды ставили меня, так как в детстве я была очень крепкой девочкой.

 Очень хорошо запомнила наша героиня учительницу русского языка и литературы Валентину Павловну Парфенову. В то время ей было около девяноста лет но, несмотря на свой возраст, она столько ставила различных интересных сценок, что в школе дети чуть ли не ночевали. Одно время Галина даже мечтала стать учителем русского языка и литературы…

Хотела быть энергетиком, а стала медсестрой

В 1954 году Галина Семёновна окончила среднюю школу. Она пыталась поступить в институт на энергетический факультет, чтобы потом работать в любимом колхозе энергетиком.

На энергофак она решила поступать вместе с подругой детства Марией Шипиловой. Институт находился в Ростовской области. Но девушки не прошли по конкурсу, и осенью они поехали в Тверскую область, где тогда работала сестра Галины Люба. Сначала хотели устроиться  на ткацкую фабрику, но не получилось. В ноябре подруги поступили на одногодичные курсы медицинских сестёр для детских яслей. После окончания курсов вернулись домой, в родное Сергиевское, где Галя устроилась от колхоза медсестрой в детские ясли.

В  Сергиевском как раз начиналась электро- и радиофикация. Из разных уголков нашей страны сюда направляли специализированные бригады. В это время Галина познакомилась со связистом Леонидом Даниловым. Через год молодые поженились и прожили вместе более шестидесяти лет. У супругов родилось  двое детей — Антонина и Владимир.

Пение — любимое занятие

В 1959 году семья Даниловых переехала в Северский район на хутор Пороно-Покровский, к матери мужа. Через время стали жителями станицы Северской.

Пять лет  Галина Семеновна работала почтовым агентом районной почты. Потом была групповой медсестрой в детских яслях №1, поступила в Новороссийское медицинское училище на факультет медицинских сестёр общего профиля.

Галина Семёновна принимала активное участие в самодеятельности: пела в хоре медицинских работников Северской районной больницы, посещала литературную гостиную «Встреча», созданную Анной Фёдоровной Тер-Аствацатуровой при районной библиотеке.

Свою трудовую деятельность Галина Семеновна продолжила в стенах районной эпидемиологической станции, которой отдала двадцать четыре года.  Работала лаборантом, помощником врача-паразитолога, а также заведовала отделением профилактической дезинфекции. Ездила на семинары, неоднократно повышая квалификацию, занималась общественной работой, была членом профсоюзного комитета. Позже Галина Данилова была заместителем и председателем совета ветеранов станицы Северской. Несмотря на довольно большую нагрузку, она не оставляла пение.

Долгие годы Галина Семёновна пела в северском народном хоре «Нива», руководил которым Илья Петрусенко. Потом шесть лет была старостой Северского хора ветеранов, которым по сей день руководит   Вячеслав Веремеев.

За многолетний добросовестный труд и активную жизненную позицию Галина Данилова удостоена многочисленных званий и наград. Но самая главная её заслуга и гордость — это её дети, внуки и правнуки.

Елена Зализецкая, библиотекарь центральной районной библиотеки.

Парень из простой семьи

Борис Дамаев родился 2 февраля 1937 года в поселке Нефтегорск Апшеронского района. Его мама Анна Григорьевна родом из города Боржоми. С двенадцати лет она уже работала на стекольном заводе вместе со своим отцом. Работа заключалась в том, чтобы носить горячее стекло. Было очень трудно, порой засыпала на ходу. Еще приходилось носить очень тяжелую деревянную обувь, чтобы избежать травм.

Отец Иван Иванович родился в Майкопе. Кроме него в семье воспитывалось еще восемь детей. Иван окончил церковно-приходскую школу, во времена гражданской войны жил в Москве и выступал с концертами для красноармейцев вместе со своим дядей, знаменитым в ХХ веке оперным певцом Василием Петровичем Дамаевым. В Москве он окончил центральные библиотечные курсы, впоследствии возглавлял городскую библиотеку города Грозного. Иван Иванович почти всю жизнь проработал библиотекарем.

После свадьбы родители Бориса Ивановича переехали на Кубань. Кроме Бориса у Дамаевых было еще четверо детей, но в живых остались только он и старший брат Евгений.

«До сих пор не люблю черный цвет»

Когда Боре было четыре года, началась Великая Отечественная война. «Живы воспоминания того дня, когда мы провожали отца на фронт. — рассказывает он. — Это было в начале июля 1941 года. Папе к тому времени исполнилось сорок два года. До сих пор перед глазами эта картинка. Отец садится в кузов грузовой машины самым последним справа. Машина отъезжает, а мы все втроем — я, мама, Евгений — стоим и машем вслед отцу и отъезжающим с ним солдатам. Мы простояли до тех пор, пока грузовик не скрылся из вида…

В то время мама работала в детском саду. Перед оккупацией детский сад закрыли, а продукты раздали сотрудникам детского сада. Какое это было счастье!

В 1942 году Нефтегорск был оккупирован. Здесь находилась немецкая передовая часть. Сначала послышался невыносимый рев мотоциклов, а потом появились немцы в черной одежде. С тех пор я не люблю черный цвет. Они требовали у жителей zucker (сахар) и ei (яйцо, или, как они кричали, «яйки»)».

Во время оккупации в квартире Дамаевых жили немецкие офицеры. Они занимали большую комнату, а семья жила на кухне. Семье запрещалось не то что проходить через комнату, занятую немцами, а даже приближаться к ней.

«Помню, у нас на кухне стоял большой кованый сундук, на котором мы все спали, — рассказывает наш герой. — К тому времени нас было уже четверо. Четвертой стала Наташа, ровесница Евгения, которую приютила мама. Девочка работала на земляных работах вместе с другими родственниками, но жила в четырех-пяти километрах оттуда, и мама пожалела ее и приняла к нам в дом, чтобы ей не так далеко было ходить на работу. Наташа прожила с нами все полтора года оккупации.

Наши «квартиранты» были не такими злыми, как те на мотоциклах. Один молодой офицер даже называл мою маму «мамой».

Раньше у нас жила кошка, но она чем-то не понравилась немцам, и они от нее избавились. Вскоре у нас дома завелись мыши. Однажды, когда один из немецких офицеров надевал сапоги, он обнаружил там мышь. Он тогда так сильно ругался, а мы радовались! Вскоре мама принесла новую кошку, и за это немцы дали ей кусок мыла.

Немцам приходили посылки. Чаще всего это были картонные коробки, доверху наполненные печеньем. Поломанное печенье немцы отдавали людям, а себе оставляли только целое. Много раз я стоял на охране, а Евгений стучал по этим картонным коробкам, чтобы поломать все печенье.

Неподалеку, в пятидесяти-шестидесяти шагах от нашего дома, был клуб «Южный», и в конце 1942-го — начале 1943 года партизаны его взорвали. Десятки немцев тогда погибли. В партизанском отряде была Лида Киндякова, которую немцы зверски пытали, а перед тем как повесить, вырезали на груди звезду…»

Мечтал стать актером

В 1944 году Борис поступил в начальную школу. Жили очень бедно. Даже нечего было обуть. Бумаги тоже не было. Писали на газетах, между типографским текстом. Борис Иванович вспоминает, что они мастерили самодельные перьевые ручки. Чернильницы были в мешочках. Чернила изготавливали в основном из бузины. Со второго класса детей перевели в семилетнюю школу. Они протестовали из-за того, что их разлучили с первой учительницей Ниной Михайловной Фоменко, которую очень любили.

С особым трепетом Борис Иванович вспоминает 9 мая 1945 года:

«День Победы! Папа вернется! Я помню, какие яркие, красочные открытки он тогда присылал нам с фронта, подбадривая, что скоро он и все советские солдаты придут домой. Он вернулся в 1946 году».

В школьные годы Борис активно участвовал в художественной самодеятельности, хотел стать актером. Отец показал ему номер «Мнемотехника». В нем участвуют два исполнителя, которые разыгрывают «вопрос» и «ответ». Один стоит на сцене спиной к зрителям, другой находится в зрительном зале. По этой технике Боря с одноклассником Юрием тогда разыграли более тридцати ответов. Потом за ними ходили ребята и просили научить этому приему.

Однажды в передаче для трудящихся «В рабочий полдень» на всесоюзном радио давали концерт Василия Петровича Дамаева. Боря очень хотел его послушать, но мама не разрешила, потому что ему надо было в школу. Но учительница, узнав об этом, отпустила мальчика послушать этот концерт.

«Помню, с какой радостью я тогда бежал к клубу, — рассказывает Борис Дамаев. — Возле клуба на столбе располагался репродуктор (колокол), по которому шла трансляция концерта. После этого концерта я точно решил стать актером. Тогда мои родители написали письмо детям Василия Петровича, сообщив о моем желании. Они ответили, что актеров бесчисленное множество. Если есть талант, то можно попробовать, а таким актером, которого никто не узнает, не стоит становиться».

«Мой дед землю пахал»

Борис Иванович поступал в Майкопский педагогический институт, но не прошел по конкурсу. Спустя год, он поступил в техническое училище в Нефтегорске, в библиотеке которого в то время работал его отец. После учебы его направили слесарем в Кемеровскую область, город Киселев. Проработав три месяца, Борис Иванович пришел в военкомат и попросил, чтобы его призвали в армию.

Отправили Бориса Дамаева в город Улан-Удэ. Три года он был в полковой школе, потом служил зенитчиком. В армии вступил в партию. В 1959 году в Улан-Удэ сдал экзамены в Московский библиотечный институт (вскоре его переименовали в Московский государственный институт культуры), на факультет культурно-просветительной работы.

В том же 1959 году из далекого Улан-Удэ Борис Иванович привез на Кубань свою невесту Ольгу. В 1960 году они поженились. И с тех пор, как они шутя говорят о себе, всю жизнь шли нога в ногу и рука об руку. Учились, трудились, развивали свое мастерство, крепили семейные узы. Вырастили достойную смену — сына Андрея и дочь Марину.

Первые свои шаги в искусстве Борис Дамаев сделал у создателя апшеронского народного театра Иосифа Лукача. Пройдя серьезную школу, в 1964 году Борис Иванович окончил образование в Московском институте культуры.

Кем только ему не приходилось работать: и завклубом, и заведующим районным отделом культуры, и инструктором райкома, и, наконец, преподавателем краевого культпросветучилища (нынешнего Краснодарского краевого колледжа культуры), куда в 1966 году Бориса Ивановича пригласил его однокурсник, директор Григорий Ильич Курилко. В колледже Борис Иванович проработал более 45 лет.

В станице Северской Бориса Ивановича считают не просто интеллигентом, а человеком с дворянскими корнями. Он же всегда подчеркивает свое крестьянское происхождение, с гордостью цитируя тургеневского Базарова: «Мой дед землю пахал».

Елена Зализецкая, библиотекарь центральной районной библиотеки

В поселке  Черноморском Северского района Людмилу Ивановну Прилукову знают многие. Почти пятнадцать лет она прослужила терапевтом в местной больнице. Кто-то приходил к ней на прием, кого-то  она лечила, кому-то спасала  жизнь, а кто-то  просто неоднократно встречал на улице. Ее трудно не заметить, не запомнить. Красивая, стройная, с  внимательным взглядом серо-зеленых глаз.

9 июня она отмечает свой юбилей.

Люда родилась в городе Белово Кемеровской  области. Со временем  стала интересоваться  своей родословной. Выяснила, что отец из обедневших дворян, а бабушка из зажиточных крестьян. Папа Иван Горчаков окончил горный  техникум. Мама Нина  Архарова  работала  в столовой. Там они  и познакомились. Молодые люди полюбили  друг друга и поженились

Иван продолжил учебу  в Свердловском  политехе и стал инженером шахтостроителем.  Одна за другой   в семье появились две дочки  Люда и  Вера. Отец со временем стал начальником шахтоуправления. Мама работала бухгалтером.

У девочки есть характер

В 1957 году семья  переехала   в Карачаевск. Люда успела отличиться уже в  начальных классах. Одному  вредному  мальчишке понравилось дергать ее за  косички. Она решила за себя постоять и сделала это так рьяно, что ее вызвали к директору. Вместо того, чтобы попросить  прощения, она заявила:

— Если он  еще раз дернет меня  за косы,  я поступлю  точно так же!

Директор тогда посоветовал  учительнице:

— Назначьте  ее  старостой. У девочки  есть характер.

С тех самых пор она не только отличница, но и общественница, председатель  совета  дружины, секретарь  комсомольской организации.

Мечтала  стать балериной и еще научиться играть на  скрипке. Этим  мечтам не суждено было  сбыться. Хотя, она окончила музыкальную школу по классу  фортепиано и неплохо пела.

Лет в десять появилась новая, уже осознанная мечта – медицина. Дело в  том, что у  младшей сестры Верочки оказалось  очень  слабое здоровье. Вокруг нее постоянно  все хлопотали:  мама,  медики.  Вот Люда  и решила, что станет врачом и вылечит сестру, а также всех больных.

Когда девочке исполнилось  пятнадцать, родители развелись. Нина  Васильевна вместе  с девочками  переехала в  Якутию.

Год после  окончания школы Людмила работала делопроизводителем в  военно-учетном столе. Однажды в кабинет зашел выпускник геологоразведочного техникума, чтобы  встать на воинский учет. Высоченный парень влюбился в хрупкую Люду с первого взгляда и стал каждый день встречать ее с работы, провожать  домой.

Будущий доктор Лада

Вскоре Людмила поступила учиться на медико-лечебный факультет  Якутского  университета.  В октябре  того же года Борис  ушел  в армию.

В группе  первокурсников оказалось сразу четыре  Людмилы. Студенты решили, что  это непорядок и, чтобы не было путаницы, определились: у каждой должно быть свое отличное  от  других имя. Одна стала Людой, другая  — Люсей, третья — Людмилкой. А наша героиня стала Ладой.

Студенческая жизнь скучной не бывает. Чего только не было, каких казусов не случалось. Новый год на первом курсе  несколько студентов, среди которых была  и Лада, встретили  в  анатомичке. Накануне праздника они готовились там к экзамену, их случайно запер сторож, а выпустил только утром 1 января.

Осенью, зимой, весной — лекции, летом – стройотряды. За плечами у будущего терапевта   было целых два  построенных коровника.

Последующие летние практики Людмила проходила в лечебных учреждениях. Измеряла пациентам температуру и давление, делала внутримышечные и внутривенные уколы и даже вела  приемы. Все это было ей необыкновенно  интересно.

Абсолютно счастливая

Борис писал армейские письма своей Ладе  каждый  день. Когда  она училась на четвертом курсе, бравый моряк, наконец, отслужил в армии, и молодые люди  поженились.

В 1973  году  у них родился  первенец  Саша. Учебу   в университете   Людмила не прервала. Сына помогала растить свекровь, с которой  у Лады сложились прекрасные  отношения.

Окончив университет, Людмила по распределению попала в Якутию. В поселок Айхал она приехала со своей семьей и стала участковым  терапевтом.  Через  пять  лет у Прилуковых появился сын Дима, и семья  переехала на  Кубань.

В  поселке Черноморском Северского района Борис работал  буровым  мастером,  а Людмила —  цеховым терапевтом НГДУ «Черноморнефть» и завода  «Нефтетерммаш».

В  1987 году в семье родился третий сын  Алеша.

В этот период своей жизни  Людмила Ивановна ощущала себя абсолютно счастливой женщиной. Она любила свою работу. Лечила людей, и у нее это прекрасно получалось.  Свидетельством уважения общественности стало избрание  ее  секретарем парторганизации.

— У меня всегда было обостренное чувство справедливости. И люди это замечали,  — признается Людмила Прилукова. — Если  бы  я не стала врачом, наверное, стала бы юристом. Никогда  не умела угодничать перед начальством.

Уважение  коллег и пациентов, любящий муж,  сыновья, от которых в семье было столько света  и радости. Что еще нужно  для счастья?

Была врачом, а стала ангелом-хранителем

Но в сентябре 2004 года в семье Прилуковых случилась  беда.  Однажды вечером в Комсомольском  микрорайоне Краснодара бандит–рецидивист ударил их сына Александра по голове  обухом  топора.

Несколько дней искала  мать сына по всем больницам и  моргам  города. При нем не оказалось документов. Наконец, она нашла его в реанимационном  отделении одной из больниц. Потом сделала все возможное и невозможное, чтобы найти злодея.

На суде она сказала:

— Он убил не только  моего сына, но и всю нашу семью.

С тех пор  Саша Прилуков прикован  к  кровати. А  с ним рядом неотлучно находится  его ангел-хранитель  — мама.

— Мне, конечно,  пришлось оставить работу. А ведь я мечтала прослужить врачом до глубокой старости. Но я очень хорошо понимаю, что Саше без меня никак нельзя. Я ему очень нужна, — говорит Людмила.

Бывшие пациенты по сей день звонят ей домой, чтобы спросить совета, как поступить, когда начинает подводить здоровье. Она охотно им помогает.

Людмила  Прилукова —   добрый   и позитивный человек. Любит  весну. Гордится   своими детьми  и внуками Данилой, Дашей и Кирой.

 Мечтает однажды вновь побродить по улицам города своего  детства – Карачаевска, побывать  в Теберде  и на Домбае.

— Во мне нуждаются мои дети, внуки. А я, что  могу, для них делаю. В этом  сейчас  и есть мое счастье.

Людмила Бухало

Фото из семейного альбома

Родился Юра Нех 3 марта 1961 года. Страна была на подъёме, через месяц его тёзка полетел в космос. Россияне в те годы с энтузиазмом трудились на стройках союзных республик.

Юра с детства был мальчишкой любознательным и активным. Одинаково успешно участвовал и в математической олимпиаде, и в спортивных соревнованиях. Но мечтал он стать геологом — посещал геологический кружок. Со школьными экспедициями парень облазил все горы и даже занял первое место на Республиканском слёте юных геологов. Преподаватель по геологии считал, что  это призвание Юры, и дал рекомендацию для поступления в вуз на факультет геологии.

Парнишка окончил школу без троек, но в институт поступать не стал. Отучился в горно-геологическим техникуме на топографа. Окончил почти с отличием, в институт брали сразу на третий курс, но он пошёл в армию. Павла Васильевича, который работал тогда в Министерстве просвещения Таджикистана, выбор сына удивил, но Юрий решил учёбу отложить на потом и сначала «отдать долг Родине». Упрямый мальчишка хотел служить в десанте, в школе занимался в ДОСААФ, даже с парашютом прыгал. В десантные войска и попал.

Рядовой Нех служил в воздушно-десантной части, дислоцировавшейся в Казахстане, где сразу проявил себя отличным воином. В августе 1981 года командир части наградил его грамотой за успехи в социалистическом соревновании. А в октябре 1981 года десантный батальон был отправлен в Афганистан.

В войсках «ограниченного контингента» ДНР ходила поговорка: «Две радости в Афганистане — письмо и баня». Лучше всего о жизни солдатской рассказывают письма.

«Привет из Афганистана!

Здравствуйте, дорогие мои,  родные мама, папа и Игорь.

Вчера, т.е. 6 января, получил от вас три письма. Извините, что так долго не писал. Здесь почту привозят, только когда лётная погода, а здесь шёл снег под Новый год, и до этого было пасмурно, вертолёты не летали. А вчера погода была ясная и привезли почту.

Ну, напишу немного о себе. Жив-здоров, не болею, служба идёт нормально, поправляюсь на солдатских харчах. Да, забыл. На Новый год нам дали плов и печенье с чаем и каждому по пачке конфет. 31-го поехали на бронетранспортёре и срубили себе в палатку ель, ну и нарядили её чем смогли. Получилось неплохо. Отмечали почти до 3-х часов ночи, был конкурс песен и разные игры, в общем, провели неплохо время. И ещё салютовали из ракетниц и из автоматов, у кого были патроны. Я высадил целый магазин трассеров. Здесь не то что в Союзе, здесь можно и пострелять, если есть патроны. Офицеры тоже с нами стреляли. Вот так мы встретили Новый год.

Пишите о себе и об Игоре, как он учится. Вы пишете, что он тоже будет десантник, ну что ж, пусть будет.

С нетерпением жду от вас писем. Вышлите свои фото. До свидания. Юра».

За умелые действия в боевых операциях рядовому Ю.П. Неху присвоили воинское звание младшего сержанта и назначили на должность командира сапёрного отделения. Здесь он показал себя умелым воспитателем, способным личным примером воодушевить солдат.

«…Не получив от вас письма, решил написать ещё одно. Сегодня идёт снег и делать нечего. Сидим в землянке на горе. Место, как у нас в Верзобском ущелье. Вот представьте, только мы выше посёлка на горе несём службу. Вчера мне исполнился 21 год. А сегодня ровно 10 месяцев, как я служу. Нас здесь на горе восемь человек. Вчера смотрю, кто-то поднимается, а это знакомые с нашей и другой роты. С пекарни принесли «в подарок» булочек из сладкого теста, а старшина подарил новые сапоги, ну и ребята кто что. В общем, нормально, пили чай, ну и на гитаре играли.

Служба идёт нормально. Я не болею, жив-здоров. Пишите, как вы там живёте. Да. Если долго не получаете письма, то не волнуйтесь. Здесь это бывает…»

На пожелтевших тетрадных листочках, исписанных в землянке оранжевым фломастером при свете керосиновой лампы, простые слова с любовью к семье и Родине.

«…Вчера получил от вас письмо, из которого узнал все ваши новости. Пишу немного о себе. Служба идёт нормально, время летит особенно сейчас. Погода стоит весенняя, в горах тает снег и все холмы покрываются травкой. Выходишь из землянки и иногда даже забываешь про всё, и кажется, будто у себя дома, где-нибудь в горах, в походе. Здоровье у меня нормально, так что не беспокойтесь за меня.

Не знаю, что ещё и писать. Да и писать тоже лишнее нельзя, как-нибудь потом буду рассказывать дома. А рассказать есть о чём…»

«…Как там дела на даче, перекопали ли её? Я вот здесь смотрю, все афганцы пашут свои поля на быках деревянным плугом. Я ещё такого нигде не видел. И караваны верблюжьи ходят.

Передавайте привет всем ребятам во дворе, да и одноклассникам, кого встретите, адрес мой передайте. Это здесь особо чувствуешь, что такое Родина и Советский Союз. По транзистору иногда услышишь голос и сразу вспоминаешь. А то здесь только афганцы вокруг. Пишите. Полевая почта 43151. Нех Юрию Павловичу».

Юрий Нех неоднократно участвовал в боевых операциях. Более двадцати раз он во главе отделения находил и уничтожал установленные мятежниками мины и фугасы на маршруте движения наших колонн. Лично младшим сержантом Юрием Нехом было обнаружено и обезврежено восемь противотанковых, 14 противопехотных мин, один фугасный снаряд. Он пятнадцать раз обеспечивал продвижение в горы спецгрупп, разведывавших районы сосредоточения и уничтожения банд мятежников.

«Служба у меня идёт нормально. Вот вчера проводили ещё одну партию дембелей. Отсюда они все уезжают на вертолётах. С нашей роты тоже один уехал, обещал заехать в Душанбе и зайти ко мне. Пишите, заходил ли.

Погода стоит жаркая днём, не знаешь, куда от жары деться, а ночью прохладно. Я здесь сфотографировался, если найдём проявитель и фотобумагу, то скоро вышлю вам фото. Наверное, интересно вам будет посмотреть. За лезвия большое спасибо.

Сейчас стала в батальоне жизнь интересней, по субботам и воскресеньям показывают кино, а в свободное время играем в футбол или в волейбол, или просто слушаем гитару.

За меня не беспокойтесь. Здесь все ребята отличные и дружные, почти никто ни с кем не ссорится. Действительно, как говорится, «дружная солдатская семья». Сейчас уже здесь много молодых, но ещё на днях должны привезти. С Таджикистана нет совсем, в основном все с Урала.

Да, вот не успел ещё запечатать конверт и получил письмо от Сорокина Саши из Минска. Сейчас буду писать ему, спать неохота, а керосина в лампе ещё много… 10.06.82».

В начале июля 1982 года отделение Юрия Неха охраняло дорожный мост. Восемь суток по нему шли войска и техника. Душманы неоднократно пытались захватить и разрушить стратегически важную переправу, его отделение отбило все атаки противника и мост отстояло.

В письмах из Афгана мальчишки нередко писали стихи из армейского фольклора. И Юрий Нех писал:

«Да, вот прочитайте про нас стих:

Нас горы встречали в холодном молчанье,

Афганские ветры нам дули в лицо.

Сюда мы летели и сами не знали,

Что с юностью время расстаться пришло.

Свинцовые пули хлестали нам в спины.

Душманские банды ломали ряды,

И капельки крови советской блистали

На пыльных дорогах афганской земли.

А где-то вдали поседеет невеста

И мать поседеет за пару минут.

И гибнут солдаты Отчизны Советской,

А дома их все с нетерпением ждут.

Но вы не подумайте, что здесь действительно так. Здесь всё спокойно, так что беспокоиться нет причины…»

При проведении боевой операции 10 июля 1982 года разведгруппа, в которой находился Юрий Нех, попала в окружение. В этом тяжёлом положении он, проявив мужество и отвагу, верный воинской присяге, был смертельно ранен в бою.

За боевые заслуги младший сержант Нех Юрий Павлович был представлен к правительственной награде — ордену «Красная Звезда» (посмертно).

В 2017 году Павел Васильевич посетил могилу сына в Душанбе. Его имя золотыми буквами выбито на алее Славы воинов-интернационалистов вместе с другими 306 воинами. В Таджикистане и сейчас почитают советских солдат, считают их героями и ухаживают за воинскими захоронениями.

Екатерина Кузнецова