«Кто они, «Дети войны»?»

Под таким заголовком 16 августа в нашей газете была опубликована статья, в которой рассказывалось об общественной организации «Дети войны» и движении в целом, утвердившемся как в России, так и в субъектах федерации, в том числе и в Северском районе.

Многих наших читателей эта публикация не оставила равнодушными. Они звонили в редакцию, писали письма, а то и приходили. Благодарили за публикацию, высказывали своё мнение, задавали вопросы и рассказывали о своём военном детстве.

Пространное письмо прислала в редакцию Любовь Александровна Томилова из поселка Афипского. Она рассказывает о своей маме, которая в начале войны ушла в партизанский отряд, сформированный в Кавказском районе, а после вернулась в станицу Темижбекскую, где работала в сельсовете. Отец раненый вернулся с фронта, и они поженились.

«Я родилась, когда война еще не закончилась, была синей и худой, как вспоминала бабушка, а выжить мне помогла моя тетя, которая в войну и после работала комбайнером. Носила она чувяки на размер больше и, придя с работы, вытряхивала из них пшеничку. Бабушка собирала зернышки, перетирала их в ступке и варила из них кашку. Потом завязывала эту кашку в тряпочку и вместо соски давала мне. И этим я питалась весь день, пока не приходила мама с работы, часто это было уже за полночь.

А бабушка, чтобы выжить в войну, ловила раков в холодной воде и застудила ноги. Дедушка пришел с войны и вскоре умер, и я помню, как бабушка все время ходила с молотком в руке и где надо все сама прибивала и забивала.

Когда подросла, лет с пяти уже хорошо помню себя. С другими детьми мы ходили в поисках, что бы поесть, потому что постоянно хотелось есть. Научилась лазать по деревьям в поисках клея. Он появлялся весной на жердёлах и вишнях, и этот клей был для нас «деликатесом». Потом шла в еду трава — бузлачки, козлики, иван-чай, ели и коренья, стебли. Находили муравейники, слюнявили соломинку и вставляли в них, а потом слизывали с соломки кисленькую жидкость. А какой сладкой была «репа», так мы называли топинамбур. Вот так мы и выживали, и воспитывал нас не детсад, а улица, и это может рассказать о себе целое поколение, выросшее после войны».

Любовь Александровну интересует и то, почему те, кто проиграл войну, определились со статусом «Детей войны», а мы — победители, не определились? Почему в нашем районе решили присваивать этот статус родившимся в период с 1928 года по 30 апреля 1945 года, хотя война закончилась 2 сентября 1945 года и, к примеру, в Кавказском районе это учли? Почему в других регионах страны узаконили этот статус, а в Краснодарском (богатейшем) крае и в Северском районе — нет?

«Я задаю себе эти вопросы, вот только на них сама не могу ответить, может, кто-нибудь поможет?», — пишет Любовь Томилова.

Увы, но на эти вопросы вряд ли кто-нибудь ответит в районе. Эти вопросы адресованы, скорее всего, депутатам Госдумы и Законодательного собрания края.

Пользуясь случаем, хотелось бы напомнить о том, что вступить в организацию «Дети войны» и получить удостоверение граждане могут в одну из сред каждого месяца с 10 до 14 часов в помещении Северского совета ветеранов. Период вступления в общественную организацию «Дети войны» не ограничен, и все желающие получат удостоверения. Так что спешить с этим, а тем более создавать очереди, не следует.

И еще, напоминаем, что в настоящее время никаких выплат и льгот гражданам этой категории не предоставляется. Причина — отсутствие нормативно-правовых актов как Российской Федерации, так и Краснодарском крае, которые бы регламентировали меры социальной поддержки граждан, относящихся к детям войны. Как будет решаться этот вопрос, и будет ли решаться вообще, сегодня внятно сказать никто не может.

Публикацию подготовил В. Михайлов.